Ух, смердящий свет! Оттолкнувшись, я прыгнул, пытаясь уцепиться пальцами хоть за какой-то выступ, но скала была слишком гладкой. Лишь загнав под ногти грязь и сбив пальцы в кровь, я соскользнул вниз, оставив отчётливые следы…
В то место, где я только что был, сразу воткнулся огненный шар, прилетевший снизу. Зарычав, я обернулся и тоже выпустил пару вихрей.
Снизу раздались удивлённые крики — дружинники сгреблись и лезли за мной одной кучей, и мои подарки оказались для них неожиданностью. Несколько даже покатились вниз.
Я снова глянул наверх, раздумывая, как преодолеть подъём…
«Не глупи, смертный!» — раздался внутри голос Хморока, — «Возьми топор, подумай!»
Огрызнувшись на бога мрака и на свои варварские мозги, я тут же материализовал топор. Как ты там, Кутень?
«Сам-сам-сам!» — отозвался цербер, намекая, что ему осталось ещё чуть-чуть до полного исцеления.
Ну сам, так сам…
Подпрыгнув, насколько хватило бросской прыти, я со всего маху вогнал топор прямо в скалу. Он легко пробил твёрдую породу, застряв, а я, резко подтянувшись, тут же выдрал его и уцепился за щель.
Хотел вогнать топор ещё выше, но тут мне пришлось изворачиваться, потому что очередной огненный шар едва не сбил меня со скалы. Я отпрыгнул много правее, так же вогнав Губитель в камень.
И с удивлением обнаружил, как мимо меня свистнула стрела. Только прилетела она не снизу, а сверху.
За край уступа, на который я пытался подняться, выглядывал дружинник, деловито перезаряжающий арбалет. Рядом с ним выглянул маг, с повязкой, закрывающей лицо, и с посохом в руке — в меня тут же сорвался огненный шар.
В этот раз мне пришлось смещаться обратно, где я чудом уцепился пальцами за уже пробитую мной дыру. При этом, не упуская шанса, я махнул Губителем, посылая «клинок ветра» вверх, как раз ювелирно вдоль скалы.
Ох, как удачно получилось! Мимо меня вниз пролетели срезанные головы счастливчиков. Бездна, если б ты знала, какое для меня удовольствие обламывать твои планы…
С этой мыслью я воткнул топор, насколько смог вытянуть руку. Уцепился за получившуюся щель и вогнал Губитель ещё выше. В таком темпе я уже через несколько мгновений уцепился лезвием за край уступа и, рванувшись, выбросил себя на самый верх.
Мое появление на уступе для дежуривших на нём уже не было неожиданностью. Возле огромного узора Магии Крови, начертанного на камнях, стояли две облачённые в тёмные балахоны фигуры. Ух, какие грозные служители зла, в каком зловещем гневе сведены их брови…
Узор был мне уже знаком и, как я и думал, кто-то объединил тёмную магию со свойствами бросской крови. В результате получался довольно мощный взрыв, который уже погрёб под собой половину Углеяра…
— Сдайся! На колени! — крикнул один.
— Сделаешь ещё шаг, бросс, и… — второй, подняв над головой пробирку, не договорил, потому что я рассёк Губителем воздух.
Другой тоже поднял колбочку с кровью, но теперь обе их руки свалились им под ноги. А мой «клинок ветра» заодно разрушил и узор, образовав здоровую трещину в рисунке…
Магия Крови настолько же мощная, насколько и уязвимая. Нарушь её плетение хоть на волосок, или убери один из ингредиентов, и это будут просто безобидные каракули.
— А-а-а-а!!! — служители заорали, обнимая отрубленные культи.
Я подскочил к ним в один прыжок.
— Ты… да ты знаешь, кто я такой⁈ — заорал один из них, но я лишь схватил его за шкирку и выбросил за край.
— Даже не хочется, — с улыбкой бросил я вслед и сграбастал второго.
Тот грозно нахмурил брови, здоровой рукой пытаясь начертать какой-то символ в воздухе, но у него не получилось и он просто заплакал. В нос ударил резкий запах мочи, и я с омерзением глянул вниз, чуть отступив.
Что за вестник недержания мне попался?
— Больно не будет, — сказал я, коснувшись его топором.
План Тёмных, служащих Бездне и Шану Куо, был достаточно прост. Сделать вид, что они помогают дружине боярина захватить Углеяр, а на самом деле подготовиться здесь к нападению на Камнелом.
Именно поэтому посол Лучевии отвлёк кнеза Глеба Каменного, попросив у него помощи. На северном торговом тракте, по которому город поставляет камни и руды в Лучевию, лютуют работорговцы и разбойники, и требовалось обезопасить путь.
Но это была ложь… Пока внушительная часть воинов кнеза, которыми командует тот самый противный советник Герман, будет отсутствовать в городе, лучевийцы готовили нападение на Камнелом с юга, видимо, зайдя с того далёкого тракта, где я не так давно превратил конный отряд в месиво, когда снёс их вместе с холмом.
На севере, точнее, на северо-востоке, ушедший отряд дружинников встретит ещё одна армия лучевийцев и попытается задержать.
Для меня стало неожиданностью, что с северо-запада, со стороны Калёного Щита, на Камнелом тоже планировалось нападение. Это будет небольшой бросский отряд — сам знахарь Волх, который, как оказалось, тоже давно поклонился Бездне, пообещал Шану Куо, что поможет.
Получалось, боярин Игорь Рудничный во всей этой игре был самой обычной и безмозглой пешкой, чьей жадностью просто воспользовались. Его дружина должна была прикрывать южные земли Камнелома, но теперь, получалось, она помогает врагам.
И да, им всем был нужен я, необычный бросс-лиственник… Но не совсем живой — им была нужна моя кровь. И, как ни странно, топор.
Шан Куо и знахарь Волх знали о пророчестве, но у них были какие-то свои планы на Хморока. Точнее, его силу, которую они могли заполучить, раздобыв мою кровь.
Впрочем, я узнал одну важную деталь… Все они опасались Тёмного Витимира Беспалого, сидящего в Камнеломе. Тот Хмороку ещё не изменил и не хотел быть марионеткой в чьих-то руках.
Конечно, я выкачал из сознания бедняги гораздо меньше — лишь то, что он подслушал. Но составить пазл мне было не трудно.
Без особых сантиментов выбросив кричащего тёмного за край, я замер, сосредотачиваясь на чакрах и энергоконтурах. Мне требовалось увидеть гораздо больше, чтобы наметить дальнейший план.