Кио прошёл и уселся за стол.
- Меня зовут Аяка,- она снова улыбнулась,- а ты, такой, каким я тебя представляла в реальности,- она немного помолчала,- знаешь же, что телевидение и фотошоп приукрашивают.
Кио не нашёлся, что ответить ей. Ситуация, в которой он находился очень сильно его смущала.
- Я вижу, что тебе неловко,- Аяка вздохнула,- давай сначала попьём чай, и я угощу тебя сладостями. Ты, ведь любишь сладкое?
Кио кивнул головой.
Так они сидели некоторое время молча, и пили чай. Сладкого было много и разнообразие его удивляло. Кио не знал, что в Японии есть так много сладких изделий. Насколько он мог помнить по своему детству, ему не часто приходилось кушать столько.
Аяка украдкой рассматривала Кио. Она не знала как с ним вести разговор и поэтому тянула время, чтобы собраться с мыслями.
- Расскажи мне, какой у вашей группы распорядок дня?- Аяка поставила пустую чашку на стол.
- Ничего такого интересного,- ответил Кио,- в шесть у нас начинается тренировка по пластике и растяжке, затем мы учим песни, поём, разрабатываем голоса. Если есть фотоссесия, то едем в студию, если пресс конференция, то готовимся к ней. Обедаем и занимаемся снова вокалом, записываем альбом. Ещё по средам Хаяси- сан выписала нам пропуска в бассейн, где мы можем час плавать. Это очень расслабляет и мне это нравится, и ребятам тоже.
- А во сколько заканчивается трудовой день?- Аяка была немного удивлена плотностью графика.
- Обычно в десять, одиннадцать вечера, но бывает и позже,- Кио засунул в рот конфету.
- Ясно,- она посмотрела на юношу. Он сейчас был спокоен и так похож на её сына, которого Аяка потеряла двадцать лет назад в автомобильной катастрофе. Её сыну было тогда почти столько же, как и Кио.
Видя, что Кио больше не ест, Аяка спросила: «Ты, наелся?»
- Да, благодарю, вас, все было очень вкусно,- Кио привстал со стула и поклонился.
- Тогда я предлагаю тебе прогуляться по нашему саду. Он в эти осенние дни прекрасен,- Аяка встала из- за стола.
- Хорошо,- Кио встал вслед за ней.
Они вместе вышли из столовой через стеклянные двери в сад на прохладный, свежий, осенний воздух. Осень распахнула свои огромные рыжие глаза, и все деревья в саду переливались оранжево- красными оттенками.
- Ты, наверное, чувствуешь себя неловко рядом со мной,- начала разговор Аяка,- я тебя понимаю, но хочу успокоить. В отношении тебя у меня нет неприличных желаний. Мне одиноко. Муж развёлся со мной десять лет назад. Единственный ребёнок, сын, погиб в автомобильной катастрофе двадцать лет назад. После развода я получила небольшое состояние и мой родной брат забрал меня к себе и вот уже пять лет я живу у него. Моя жизнь проходит размеренно и безбедно, но она какая- то пресная, если, ты, понимаешь, о чём я. По сравнению с твоей занятостью, я скучаю от безделья. Когда я увидела тебя по телевидению, то сначала не поверила глазам. Ты, очень на него похож,- Аяка грустно улыбнулась,- и тогда я загорелась мечтой познакомиться с тобой,- она замолчала.
Они проходили мимо дерева сакуры, которое осыпалось красновато- золотистой листвой и эта листва плотным ковром устилала всё пространство под деревом.
- Это правда?- спросил Кио Аяку, вспоминая неприятные слова Хаяси.
Аяка посмотрела на напряжённое лицо Кио и сказала: «Я понимаю, ты, подумал о совсем нехорошем, когда я захотела свидания с тобой. Пойдём в дом, я тебе покажу мои семейные фотографии, и ты, сам убедишься, что я говорю правду».
Они зашли в дом, и Аяка провела Кио в гостиную. На столике из красного резного дерева и стеклянной, ажурной столешнице стояла фотография в рамке из слоновой кости, тут же лежал фотоальбом.
- Я специально положила его сюда,- сказала Аяка, подходя к столику и беря в руки альбом в золотистом плетении,- я знаю, что сейчас мы находимся в очень недвусмысленном положении, и чтобы развеять все недоразумения я покажу фото моего сына.
Аяка села на диван и пригласила сесть рядом Кио.
- Вот,- она открыла альбом.
Кио посмотрел на фотографию в рамке, которая стояла на столе. С неё смотрела молодая Аяка и рядом с ней стоял юноша смутно напоминающего его, Кио, затем он обратил своё внимание на раскрытый фотоальбом и по его телу пошли мурашки. С фото на него смотрел он сам. Разницу Кио увидел немного позже, когда первое впечатление от увиденного, прошло. Цвет глаз отличался от его собственных и стрижка была коротковатая, он так волосы никогда не стриг.
- Как его звали?- спросил Кио.
- Дэйки,- ответила она. Глаза её стали грустными,- хотя прошло достаточно времени, чтобы боль утихла, но тут, увидев тебя, мне снова вспомнился Дэйки. Ты, в этом не виноват,- поспешно добавила она,- даже не думай ничего такого. Много ли на свете похожих людей.