- Не глупо, - Сара сильнее сжала её руки. От сострадания к любимому человеку у неё сжалось сердце, которое секунду спустя, пронзила тупая боль. – Ты просто хотела иметь счастливую семью, это нормально.
- Нормально, - Джен еле заметно улыбнулась, - если бы я знала, что моё желание приведет к такому, то никогда и ни за что не пожелала бы этого.
- Это была не твоя вина.
- А чья? Я молчала, потому что не понимала, что творится подле меня. А Макс молчал ради меня. Ради меня, понимаешь? Я до сих пор не простила себе всего того, через что ему пришлось пройти из-за меня. – слезы потекли по её щекам, но она смахнула их и закрыла глаза, чтобы восстановить дыхание и успокоить бешенное сердце. – А теперь, я срываюсь на Дилане, потому что, мне постоянно кажется, что он не понимает меня, не понимает Макса, потому что ему не приходилось терпеть побои своего пьяного, обезумевшего отца. – при этих словах её голос дрогнул. - Но Сара… - она перешла на шепот, - ведь это не так. Он прошел через такое, чего не пожелаешь даже врагу. Вы оба… вы жили в аду всё это время. Я такая эгоистка. Боже, я такая эгоистка…
Сара почувствовала, что ещё немного, и слезы сами потекут из её глаз. Ей было больно, страшно и она не знала, как помочь подруге.
- Дорогая, ты не эгоистка, – но та лишь замотала головой так, как всегда делала, когда хотела опротестовать чьи-то слова. - Дженнифер, милая, послушай меня. Нельзя сравнить наши ситуации, твои муки и гибель моих родителей… - при этих словах, она почувствовала, как задыхается, воспоминания снова нахлынули на неё, и она нервно сглотнула, отгоняя уже готовящиеся брызнуть слезы, - … это разные трагедии. Каждый получил свою порцию боли, и каждому по-своему тяжело, но это совсем не означает, что нам с Диланом было больнее, чем вам с Максом. Это просто не подлежит сравнению.
Она согласно кивнула, но Сара увидела, что это далеко не единственное, что беспокоит её.
- Ещё и папа… он снова запил, Сара! У меня больше нет сил это терпеть! А если Макс узнает? ты знаешь, что будет, если он узнает? – она попыталась остановить слезы, но всхлипы лишь усилились. - Их отношения итак оставляют желать лучшего, а что будет с моим братом, когда он снова увидит, как отец пьет?
Сара замотала головой и прижала к себе подругу. Потом закрыла глаза и почувствовала, как слезы сдавили ей горло. Всё это было слишком тяжело, они все нуждались друг в друге.
- Всё будет нормально, я не допущу, чтобы Макс сорвался. Я знаю, что он… многое пережил, но я не дам ему сорваться, слышишь? И тебе не дам.
- Я не могу, - Дженнифер дрожала в её руках, - больше не могу, - от этих слов у Сары защемило в груди. Боже, ну что она могла сделать, чтобы ей стало легче? Осознание её собственного бессилия доводили её до ручки. А человек, который был в этой жизни ей всего дороже, плакал в её руках, и она совершенно никак не могла ей помочь. По её щекам текли слезы, она ненавидела слабость, но знала, что всегда сильной быть не получится. Этому научила её жизнь. Она ломает, и держаться можно только тогда, когда ты даешь себе немного побыть слабой.
- Всё будет хорошо, - она поцеловала подругу в волосы, а та легла ей на колени.
- Прости, - Дженнифер всхлипнула, зажимая рот ладонью, - мне так тяжело, так больно.
- Я знаю, - она провела рукой по её волосам, - но мы справимся. Обязательно.
Сара, действительно, понимала её боль, потому что, формально, они с Максом потеряли родителей ещё раньше, чем их отец ушел от них. Они много лет жили, как в преисподней, и одному Богу известно, как они с этим справились.
Теперь жизнь подбрасывала им новые испытания, и она проклинала её за то, что она причиняет боль близким ей людям.
Сара потянулась к телефону и написала Дилану, чтобы он не приезжал, так как прекрасно понимала, что Дженнифер сейчас не совсем в том состоянии, чтобы участвовать в сценах примирения. Её брат был самым понимающим человеком на свете. Он послал ей смайлик-поцелуй и написал, что очень любит их обеих.
Обеих. Сара невольно улыбнулась и послала ему поцелуй в ответ. Затем она отложила телефон и стала гладить Дженнифер по волосам. Странно, но они будто бы снова вернулись в детство: то детство, когда ещё все было хорошо. Когда они точно так же сидели вдвоем, рассказывая друг другу секреты, веселились и делились мечтами. Тогда у них были мечты. Дженнифер свою практически осуществила, что нельзя сказать о Саре. Свою, она просто удалила из жизни. Как бы больно ей не было расставаться с тем, чего она желала больше всего на свете, это было необходимо.