— А пока? Что мне делать, пока я иду домой? Если оборотень…
— Сегодня не полнолуние, — успокоил Филя. — Так что он не должен быть в полной силе. Он не так опасен. Но быть начеку надо.
Филимон потянулся к балке и оторвал от неё небольшой, совершенно сухой кусочек старого дуба, покрытый тонкой пылью.
— Держи. Это Древо Очага. Засунь в карман, где нет соли. Пока это будет у тебя, ты не будешь пахнуть так сильно. А когда вернешься домой, возьми свою самую старую металлическую линейку и положи под подушку. Оборотни не любят прикосновение чистого металла в форме прямой линии. Это их нервирует. Это временная защита.
Алексей аккуратно взял кусочек дуба и спрятал его. Он чувствовал, что знание, полученное здесь, на чердаке, было дороже всех учебников в мире.
— Спасибо, Филя. Я вернусь. Будь осторожен.
— И ты будь осторожен, чудочеловек. Твой путь только начинается.
Алексей бесшумно спустился с чердака, сердце его было полно одновременно страха и решимости. Он только что нашел ключ к магическому миру, но этот мир уже прислал за ним своего охотника.
Глава 5. Охотник выходит из тени
Алексей покинул старую типографию, его сознание было перегружено: Хозяин Очага Филимон, соль как яд, Оборотни и предупреждение о жгучем запахе.
Он двигался быстро, но без спешки, стараясь выглядеть как обычный студент, возвращающийся домой. Он держал руку в кармане, сжимая в ладони сухой, теплый кусочек Древа Очага.
Едва свернув с Садовой улицы в узкий переулок, Алексей почувствовал это снова: жгучий, направленный взгляд. Он был острым, как игла, и тяжелым, как холодный свинец, пробивающим Эффект Слепого Пятна и даже, кажется, его новую защиту.
«Оборотень. Он уже здесь», — мелькнуло в сознании.
Алексей резко ускорил шаг, переходя на энергичный бег. В этот момент знание Ленинграда стало его единственным оружием. Он знал каждый двор-колодец, каждый темный проход, каждый забор, который можно перемахнуть.
Он завернул за угол, пересек грязный, неосвещенный двор и, глянув через плечо, увидел силуэт в длинном, темном плаще. Человек двигался быстро, но не так уверенно, как сам Алексей.
— Черт, — прошептал парень, чувствуя прилив адреналина. Он применил только юношескую силу своих ног и легких, не расходуя Силу, чтобы не давать им явного маяка.
Он бежал, лавируя между ржавыми бочками и горами мусора. Силуэт в плаще замедлялся, казалось, теряя его в лабиринте старых зданий. Алексей почувствовал прилив гордости — он оторвался!
Радость была преждевременной. Алексей вылетел из подворотни в широкий, грязный проезд, который вел к тупику с приваренной к стене пожарной лестницей. Он мгновенно оценил ситуацию: если подняться по лестнице, можно попасть на крышу, и…
Внезапно из темноты тупика, от ржавой лестницы, вышли двое. И одновременно с ними, из прохода за его спиной, вышел третий.
Алексей оказался зажат в мрачном, воняющем помоями, переулке. Человек в плаще, которого он оторвал, теперь спокойно стоял в дальнем проходе. Загонщик.
Двое новых были крупными, широкими, их лица скрывали тени. А третьим, тем, кто стоял в центре, был Драуг.
Он был точно таким, каким его вообразил Алексей, услышав о нем от Вальки: высокий, сутулый, словно вечно готовый к прыжку. Длинные, сальные пряди волос свисали на лоб, а острый взгляд впалых глаз пронзал Алексея. Свет от единственного фонаря у тупика упал на его лицо, высветив длинный, изогнутый шрам и тонкие, бледные губы.
Драуг сделал шаг вперед, и его хриплый голос разрезал тишину:
— Не стоит юноше ошиваться на улице в такое позднее время.
Алексей почувствовал, как внутри него начинает закипать Сила. Это было не просто инстинктивное сопротивление, это была ярость, смешанная с обидой на собственную наивность. Он готов был взорваться, обрушить на них все, чему научился. Он не знал, как драться, но знал, как ломать и чинить.
Драуг, который, видимо, обладал чудовищным чутьем, мгновенно это почувствовал. Опасность, которую таил в себе этот «загнанный зверь», была слишком велика., и он быстро смягчил тон.
— Постой, постой, — сказал он почти мирно, приподнимая ладони. — Не пори горячку. Мы не хотим тебе зла, парень. Просто поговорим. У меня есть предложение.
Алексей стоял, тяжело дыша, его рыжие волосы намокли от пота. Кусок Древа Очага в кармане вибрировал.