Затем, окруженная тенью невидимой свиты, появилась сама майор Тамара Комисарова. Она была в строгом, идеально сидящем по фигуре кителе, и от ее ауры исходил холод официальной власти, усиленной ее собственной магической Силой.
Машков и Синицын немедленно покинули укрытие и направились к Комисаровой, отдав четкое воинское приветствие.
— Майор Комисарова, — начал Машков, его голос звучал уверенно и профессионально, как и должно звучать в его ложной памяти. — Обстановка стабильная. Сработал наш сигнал тревоги.
— Отчитывайтесь, майор. Быстро, — приказала Комисарова, обводя цех холодным взглядом, в котором сквозило недоверие, сформированное после их разговора в кабинете полковника Гирина.
Машков, уверенный, что владеет всей информацией, быстро доложил:
— Вчера вечером в 19:21 в здание проник один маг под капюшоном, личность не установлена. Сразу после этого он наложил мощное заклятие Сокрытия на весь цех. Заклятие устойчивое, но не вечное, это просто маскировка, не физический барьер. Продолжали наблюдение всю ночь никто не покидал и не входил в здание, и мы приняли решение вызвать СОБР. Внутри — измотанные после полнолуния оборотни и их приближенные.
Синицын, стоявший рядом, кивнул, подтверждая каждое слово. В его голове, благодаря вмешательству Алексея, не было ни малейшего сомнения в том, что он просто ударился головой о косяк, и что его майор прав в каждом слове.
Комисарова слушала, не перебивая. Она прекрасно помнила, что инцидент произошел в зоне ответственности Машкова, и он сам был главным подозреваемым в измене. Но отчет был логичен, а оперативная ситуация не терпела промедления.
— Хорошо. Учитывая применение неизвестного заклятия, операцию возглавляет моя группа. Вы, майор, будете в авангарде, как знающий местность.
— Мы и сами справимся, майор, — возразил Машков, чувствуя, что контроль ускользает. Его гордость, замешанная на знании своих тайных планов, была уязвлена. — Задержание будет легким.
— Легкое задержание, которое потребовало вызова СОР и КГБ, — сухо отрезала Комисарова. — Мы работаем по факту применения сильной магии, майор. У нас нет времени на бюрократию. Начинайте демонтаж Заслона. Как только барьер падет, моя ударная группа заходит первой. Альфу — берем живым, если возможно.
Машков сглотнул досаду. Он знал, что приказ Комисаровой обжалованию не подлежит.
— Есть, Майор Комисарова.
Он жестом приказал одному из бойцов СОР.
— Приступайте. Через минуту мы входим.
В тусклом свете рассвета спецотряд, вооруженный зачарованными щитами и с палочками наготове, начал концентрировать Силу для прорыва Заслона.
Внутри логова царила суета, но суета тихая, почти бесшумная. Под плотный, низкий гул Заслона, который должен был вот-вот пасть, союзники готовили отход. Драуг, Альфа, был последним, кого выпустили из-за гермодверей.
Несмотря на то, что трансформация прошла лишь несколько часов назад, и он был мокр от пота и дрожал от изнеможения, Драуг оказался самым стойким. Он был высок, с сильным, жилистым телом. В его глазах все еще горела дикая, несгибаемая ярость, смешанная с болезненным напряжением.
Он молча выслушал краткий доклад Натальи и Катерины, которые не скрывали, что их единственный шанс — бежать, используя знание врага.
— Ваши слова верны, Ведьма, — хрипло произнес Драуг, впервые обращаясь к Катерине. Его голос был глубоким, как рокот. — Машков слишком хитер. Мы будем для него легкой добычей. Я доверяюсь вашему плану.
Его взгляд переместился на Алексея, в котором он, казалось, чувствовал отголоски той же дикой, необузданной Силы, что текла в нем самом.
— Наш путь идет через грязь. Будем двигаться.
Пока мужчины-оборотни, с трудом держась на ногах, помогали друг другу, Катерина занималась логистикой. Она достала из потайного кармана последние запасы.
— На всех не хватит, но это поможет вам пройти первые километры, — Катя быстро раздавала остатки Бодрящего Зелья (мутную жидкость, которая должна была дать краткий прилив сил).
Затем она распределила между ключевыми фигурами амулеты скрытия — мелкие, выточенные из камня знаки, которые рассеивали индивидуальную магическую ауру.
— Амулеты помогут скрыть ваш собственный фон, но этого мало, — Катя отступила, поднимая палочку.
Она начала плести сложную, многослойную Формулу Скрытия, ту самую, которую они использовали для своего проникновения и побега. Формула окутала цехом невидимым, но ощутимым коконом, подавляя звуки и запахи.