Он смотрел в окно на мокрый от вчерашнего дождя город, и в голове прокручивался безумный хронометраж последних дней. Эта короткая пауза в трамвае казалась целой эпохой.
Пятница — ограбление сейфа в промбазе и первая, хоть и ошибочная, встреча с магическим миром. Суббота — Ночь Обращения. Воскресенье — отчаянный побег от преследователей и опасная игра с Комисаровой.
Алексей улыбнулся. Теперь он наконец знал, кто он есть и что значит его Сила. Он больше не был просто студентом, странно притягивающим неприятности; он был Диким Магом, и он выжил. У него впервые появилось четкое намерение: он должен научиться контролировать эту мощь и использовать ее правильно.
Он вспомнил долгий разговор, который состоялся с Катериной перед тем, как они оба отправились в город.
— Обучение тебя правильной, академической магии может только нанести вред твоим способностям, Леша, — говорила она, сжимая в руке свой Жезл.
Алексей нахмурился, пытаясь вспомнить точную формулировку, которую Катя использовала в качестве предостережения.
— Это как заковывать водопад в водопроводные трубы. Вода потечет куда надо, будет выполнять функции, но она больше не сможет дробить скалы. Твоя магия — это стихия, ее нельзя загнать в формулы.
Однако Катерина решила все же обучить его азам колдовства, основным заклинаниям защиты, связи и фокусировки. Не для того, чтобы ограничить, а чтобы дать ему хоть какую-то основу, от которой можно отталкиваться в его экспериментах познания Силы. Она объяснила, что классические заклинания — это просто ментальные костыли для тех, кто не чувствует поток.
Эта идея — взять самое необходимое из старой школы, чтобы построить что-то новое, дикое и свое — приводила Алексея в восторг.
На данный момент все элементы сложной игры, которую они начали, были запущены:
Драуг отправил вестового к Валентину (Вальке-козырю), запуская процесс подготовки к эвакуации в Карелию (План Б).
Алексей ехал домой, чтобы привести себя в порядок и подготовиться к встрече с Комисаровой, которая держала их на поводке.
Катерина отправилась домой, но если Алексею предстояло просто проведать отца, то ей предстоял гораздо более опасный разговор.
«Как же она там?» — подумал Алексей, тревожась о Кате.
Ей нужно было не просто врать, но и убедить Воронцова, чистокровного мага, что она действовала верно, и в интересах семьи. Она должна была балансировать на краю пропасти, защищая их обоих и всю стаю, используя только слова и блеск своих глаз.
Алексей сжал кулак. Один день. Олин день тишины, прежде чем он снова вступит в игру, но уже в другом качестве: не беглеца, а игрока.
🕰️ Холод Фамильного Гнезда
Вернувшись в особняк Воронцовых, Катерина, первым делом, совершила ритуал очищения. Она долго принимала ванну, избавляясь от въевшейся в кожу энергии туннелей и отпечатка дикой магии. Позавтракав в полном одиночестве в огромной, пустой столовой, она привела себя в безупречный порядок. Она была готова снова стать образцовой дочерью чистокровного мага.
Прежде чем идти к отцу, она заглянула в комнату матери. Евгения Воронцова в последнее время редко покидала свои покои.
Катерина остановилась у камина. На мраморной полке стояла старая, но волшебным образом движущаяся фотография: на ней молодые мать и отец, Владислав и Евгения. На их лицах, сквозь присущие им холод и надменность, все же проскальзывали улыбки — было видно, что они счастливы и полны амбиций.
Катерина перевела взгляд на мать, сидящую в кресле-качалке с пледом на коленях, неподвижно уставившись на тлеющие угли. Она увидела старуху, боящуюся любого шороха и перемен, женщину, которую ломала неопределенность и вовлеченность в темные авантюры отца.
«Как она стала такой?» — думала Катя. Вот что станет с ней самой через двадцать лет, если она будет жить в постоянном страхе и лавировании между Органами и требованиями магического Запада? Она жалела мать, но не понимала, почему та так рано сдалась. Катя помнила сильную, волевую женщину, которой та когда-то была.
— Maman, allons déjeuner (Мама, пошли отобедаем (фрнц.)) — спросила-попросила Катерина.
В ответ мать продолжала смотреть на тлеющие угли и никак не реагировать.