– Приветствую вас, уважаемый, – сказал юноша дородному и ещё нестарому мужчине. – У вас есть свободные комнаты?
– У меня всё свободно, – ответил тот, но я не советую вам здесь селиться. – Лучше постарайтесь устроиться в городе.
– В первый раз вижу трактирщика, который даёт такой совет! – удивился Клод. – Наверное, это не от хорошей жизни?
– Я могу принять, но, если приедут корвы и им не хватит мест, вас выкинут из комнаты. Других трактиров здесь нет, а по нашей дороге много ездят. Часто бывает, что наезжают большие компании. Здесь есть гарнизон, но в него отправляют только солдат, а офицеры селятся у меня или в городе.
– А как здесь вообще? На дорогах безопасно?
– Корвам безопасно, – ответил трактирщик, – а нашим – как повезёт. Есть будете?
– Сначала поеду искать ночлег, – соврал юноша, – а потом вернусь к вам и посижу в зале. У вас всегда так безлюдно?
– После войны не бывает много посетителей, но по вечерам народ сидит, – сказал хозяин. – Понятное дело, что сидят, если в трактире нет офицеров.
Клод вышел из заведения и забрал коня. Город проехал минут за десять, а за воротами вырубки почти сразу сменились лесом, который стеной стоял по обе стороны дороги. Двадцать лиг до Гадира преодолели за три часа неспешного бега. Дорога была грунтовой и успела подсохнуть после недавнего дождя, так что грязи не было, лишь местами виднелись остатки луж. Когда лес начал редеть и вдали показалась городская стена с возвышавшимися над ней башнями храмов и герцогским дворцом, нарвались на компанию подвыпивших корвов. Это были не военные, а пять молодых дворян. При взгляде на их лица стало ясно, что разъехаться не получится. Они жаждали развлечений и нашли их в его лице.
– Слезай с коня, – сказал на родном языке один из них. – До города недалеко, поэтому дойдёшь и так.
– Этот дикарь не понял, Лукас, – засмеялся другой. – Незачем с ним разговаривать, плётка будет убедительней.
– Вы всегда такие весёлые? – спокойно спросил Клод на том же языке. – Или это мне так повезло?
– Смотри-ка, он умеет разговаривать, – заплетающимся языком сказал самый пьяный, вызвав взрыв хохота.
Клод продавил амулеты гуляк, внушил каждому ненависть к приятелям и приказал найти подходящую поляну и драться до смерти. Понятно, что ни у кого не осталось воспоминаний о встрече. Больше никто не встретился, и он въехал в город, быстро добрались до центра и остановился в трактире. Вселившись в комнату, юноша оставил в ней сумки и спустился в зал пообедать и послушать, о чём говорят посетители. Он обострил магией слух, настроился на большую шумную компанию и занялся едой. Вкусный обед был быстро съеден, а подслушанный разговор ничего не дал. Говорили о купленных лошадях, а потом принялись обсуждать женщин. Закончив с едой, Клод расплатился и подошёл к трактирщику.
– Я только что приехал в ваш город, поэтому хотел спросить, в нём герцог или нет, – обратился он к оживившемуся толстяку. – Желательно узнать то же самое о герцогине: у меня для неё письмо.
– Наша герцогиня должна быть во дворце, – ответил трактирщик. – Она сейчас в тягости, поэтому редко куда-нибудь выезжает. А о герцоге ничего не скажу. Вам лучше сходить к одному из дворцовых входов и узнать у охраны. В ней одни корвы, но на такой вопрос они ответят.
Идти было недалеко, поэтому Клод не стал брать коня. Перед поездкой он использовал заклинание маскировки, которое не могло полностью скрыть силу, но уменьшило её для других магов. Вряд ли сильного мага допустят к беременной герцогине, а вот слабого, которому не под силу справиться с амулетами, пропустить могли. Во дворце были два парадных входа, и у обоих стояли стражники. Выбрав тот вход, где их было больше, юноша поднялся по ступеням и спросил у старшего, как ему увидеть герцогиню Илму.
– Для чего вам нужна наша герцогиня? – спросил сержант.
– Я послан её дочерью с письмом, – ответил Клод. – Письмо велено передать ей в руки.
– Я не имею права вас пропустить, – сказал сержант. – Подождите, сейчас сходят за кем-нибудь из начальства.