– Сейчас принесу, – сказал Колин. – Только ты сразу не исчезай: я хочу кое-что спросить.
Он сходил в комнату с одежными шкафами и принёс одну из бутылок. Лафрей выхватил её из рук мальчика, откупорил и присосался. Всю не выпил, но сразу же захмелел.
– Что у тебя за вопрос? – спросил он, устроившись на кровати. – Задавай быстрее, а то мне нужно уходить.
– Меня только что кто-то разыграл, а я не понял, как это сделали!
Колин подробно рассказал о своём видении.
– Такая? – спросил демон, показав лапкой в сторону двери.
Мальчик повернулся и увидел ещё одну голую красотку.
– Не та, которая была, но такая же! Это не живой человек, но я ничего не вижу в магическом зрении!
– Потому что плохое зрение. Это балуется кто-то из ваших самок. Используют для создания образа астральных зверюшек. Смотри-ка, до чего додумались! Они не просто что-то изображают, а видят всё в этой комнате и могут управлять фантомом. Кто-то из ваших использует не одну грачу, а целую связку. Хочешь их проучить?
– Конечно! А ты сможешь?
– Для меня это плёвое дело! – самодовольно ответил демон.
Рядом с Колином возник его голый фантом. Его мужское достоинство возбудилось и стало вытягиваться, увеличившись раз в пять.
– Пожалуй, хватит, – сказал лафрей, и фантом с улыбкой на лице ушёл сквозь стену в коридор.
– Что ты сделал? – потрясённо спросил мальчик. – Куда ты его послал?
– Обостри магией слух, – ухмыльнулся демон. – Тебя соблазняли, ты ответил тем же. Всё нормально!
Видимо, соблазнительницы были далеко, потому что даже с обострённым слухом мальчик едва услышал женский визг.
– Мой образ лучше, – гордо сказал лафрей. – Его можно даже пощупать. Ладно, я с тобой задержался...
– Постой! – крикнул Колин. – Можешь улучшить зрение? Мне это предлагал один демон, но он хотел лупить по голове, а подставлять голову под его кулак...
– А настойка?
– У тебя она есть, а потом дам ещё. Мне для тебя не жалко.
– Ладно, подставляй лоб, – согласился лафрей. – Но учти, что у меня тоже будет больно. Я не буду долго возиться.
Посмотрев на потерявшего сознание мальчика, он сходил в комнату с гардеробом и забрал вторую бутылку с настойкой, после чего исчез.
Колин очнулся минут через десять. К его удивлению, голова не болела, а, ощупав лоб, он не обнаружил шишки. Взглянув на мир магическим зрением, мальчик обомлел. Повсюду струились разноцветные потоки силы и плавали купающиеся в них существа самого причудливого вида. Сквозь образ замершей посередине комнаты девушки просвечивалось что-то похожее на связку больших колбас.
В коридоре послышались приближающиеся шаги, и кто-то постучал во входную дверь.
– Войдите, – разрешил поднявшийся с пола Колин.
– Чем это ты занимаешься? – сердито спросил вошедший в комнату Грас. – Зачем создал свой фантом и отпустил гулять по дворцу, да ещё в таком виде? Ты напугал жену наследника, а ей сейчас вредно пугаться! Остановить не получается, уничтожить я тоже не смог. Иди и сделай это сам!
– Это не моя работа! Ваши девушки запускали ко мне вот таких... – Колин повернулся к фантому девицы, но его уже не было.
– Опять баловалась Алина? Но она клянётся, что не создавала твоего фантома, и не врёт.
– Его создал лафрей. Принёс приборы для связи, глупо пошутил и ушёл, треснув меня по голове. Теперь и я вижу ваших зверюшек.
– Это хорошо, – сказал Грас, забрав шары. – Для того чтобы полностью открыть магическое зрение, мне потребовалось почти сто лет. Как пользоваться шарами?
Колин повторил объяснение лафрея.
– Настойка осталась? – спросил Грас. – Как только закончится, скажешь. Сейчас её готовят. Мы ещё поговорим о том, что требовать от демона, а сейчас беги искать свой фантом и делай что хочешь, но он не должен расхаживать по дворцу!
– И как я это сделаю, если ничего не знаю об этих фантомах?
– Сейчас я пришлю Алину. Вместе устроили это безобразие, вместе будете разбираться!
Грас ушёл, а вскоре во входную дверь опять постучали. Вошла девушка, одетая в серый балахон мага с медальоном на груди. Перейдя на магическое зрение, Колин понял, что для его глаз одежда больше не является препятствием. Осмотрев стройную фигуру, он перевёл взгляд на лицо. Оно было красивым и смущённым, но ему показалось, что смущение напускное, а на самом деле ей хочется не стоять, опустив глаза, а смеяться.