К окончанию трапезы подъехали кареты, и наёмники быстро перенесли в них уменьшившийся багаж. Вскоре проехали лагеря и свернули на тракт. За два часа езды разминулись только с купеческим обозом из Ларсера.
– Обычно в это время здесь больше путешествующих, – заметила Мануэла. – Наверное, из-за заговора ограничили выезд из столицы, а в неё тоже никто не рвётся без нужды. Показалась Салея. Кто-то из вас рвался купаться. Я думаю, что уже можно, только не на этой стороне, а когда переправимся.
Минут через десять тракт упёрся в паромную переправу.
– Повезло вам, господа! – говорил паромщик. – Не так давно переправляли обоз на Хорт, а кроме купцов за весь день было только две переправы. Обычно в это время не протолкнуться от желающих переплыть реку и приходится подолгу ждать. А у вас, стало быть, не будет никакого ожидания.
Перебирались на другой берег опять в два приёма, но на этот раз первыми уплыли господа с большой каретой, а вторым рейсом на паром загнали малую карету и всех лошадей. Пока их переправляли, желающие искупались.
– Напрасно не захотели купаться, графиня, – сказала вышедшая из воды Хельга. – Вода очень тёплая!
– Искупаюсь в ванне, – ответила Мануэла. – Одевайтесь быстрее, а то вы смущаете Кирилла. У них не принято женщинам ходить нагишом.
– Неужели у них купаются в одежде? Дикари эти пришельцы!
После переправы ехали недолго и, как только стало смеркаться, остановились на ночлег в первом же трактире. Поужинав, немного пообщались и разошлись по своим комнатам. Клод уже собрался спать, когда тихо постучали. Он открыл дверь и впустил Хельгу.
– Мне одной так тоскливо, – сказала она. – Не прогонишь?
Юноша молча запер дверь, поцеловал её в губы и помог раздеться.
– Мануэла в другом конце коридора и ничего не услышит, – шепнула Хельга, – но я постараюсь не кричать.
Клод закрыл ей рот поцелуем и притянул к себе. Луиза не была забыта, только он решил пока повременить с выбором и плыть по течению. Любимая далеко, а год для него – это слишком долго. Неизвестно, удастся ли выжить, добиться успеха и встретиться, за это время можно запросто потерять голову. Жить только ожиданием встречи, которой может не случиться? Всё равно кто-нибудь будет греть его кровать, так почему не Хельга? Разве лучше платить трактирным девушкам, для которых он ничем не отличается от тысяч других, чем дарить радость этой одинокой и любящей его женщине?
Графиня осталась на ночь, а утром он сам разбудил её ласками. Когда закончили, Хельга оделась и убежала в свою комнату, а он лежал на кровати и думал, любовь у него к ней или ещё нет. Ни до чего не додумавшись, юноша оделся и стал собирать вещи в дорогу. Вскоре позавтракали, сели в карету и продолжили путь. Когда отъехали от трактира, выяснилось, что Хельга забыла покормить попугая. Она открыла мешочек и обнаружила, что корм закончился.
– Меньше нужно бегать по ночам, а больше заботиться о тех, кто от тебя без ума! – рассердился Сай. – Вчера ничем не кормили и сегодня ничего не дали! Если меня не кормить, любовь может закончиться!
– Не ори! – сердито сказала Хельга. – Тебя кормила Алина, а я этим не занималась. В первом же трактире купим для тебя чего-нибудь. И поменьше болтай, пока не скрутила шею.
Трактир встретили через час, но у его хозяина не нашлось корма для птиц, кроме дробленой пшеницы, от которой Сай с негодованием отказался. Вспомнив, что алмазеец говорил о фруктах, Клод купил яблоко, вызвав у попугая истерику.
– Вы не закроете мой клюв этой кислятиной! – орал он, разбрасывая блюдца по клетке.
– С меня хватит! – заявила Хельга, открыла клетку и вытряхнула птицу в окно.
– Не выбрасывайте клетку, – посоветовала Мануэла, – всё равно прилетит. Вас связывает заклинание, поэтому, если нет желания о нём заботиться, лучше убить.
Сай вернулся незадолго до того, как подъехали к Старуму. Попугай влетел в окно, вцепился когтями в спинку сидения и стал чистить перья, демонстративно не обращая ни на кого внимания.
Старум был совсем маленьким городком, и его проехали без остановок. После обеда у них в первый раз проверили документы. Грамоту Мануэлы с почтением вернули графине, а с Хельгой возникли сложности.
– Придётся вам, господа, задержаться, – сказал им сержант. – Я вижу здесь подпись и печать императора, но всё это нужно проверить магом, а он у нас отлучился.
– Достань знак! – шепнула Мануэла Клоду. – И прикрикни на них.
– Что вам непонятно? – сердито спросил юноша, показывая свой знак в окно. – Неграмотные? Или мы должны были взять с собой не подпись императора, а его самого? Если вам нужен маг, он должен быть здесь, а не бегать по бабам! Мы спешим, поэтому я ни минуты не буду ждать!