– Прощения просим! – разглядев знак, сказал сержант. – Прикрепили бы вы его, господин, куда следует, никто бы вас не задерживал!
– Давай я закреплю, – предложила Мануэла, когда кареты проехали заставу. – Скоро столица, а там много проверяющих.
К Ларсеру подъехали, когда стемнело. В задержке были виноваты крестьянские возы, которые во множестве ехали как в столицу, так и из неё.
– Город не может жить без подвоза продовольствия, – сказала Мануэла в ответ на вопрос Клода, почему крестьяне разъездились в вечернее время. – Хороших дорог не так много, а населения в столице раз в тридцать больше, чем в Хорте, поэтому за утро не успевают управиться.
Крестьянские возы тоже проверяли, поэтому пришлось выстоять очередь. Своими привилегиями не могли воспользоваться, потому что не было возможности объехать вереницу возов или заставить их убраться с дороги. На них очередь застопорилась. Узнав, что едет графиня Альтгард, стражники перепугались и направили на карету мушкеты.
– Как бы эти идиоты не вздумали стрелять, – сказал Клод, открывая дверцу. – Схожу вправлю им мозги. Старшего ко мне! – крикнул он караулу.
– А кто вы такой, что на нас орёте? – сердито спросил сержант.
– Сейчас скручу магией в бараний рог, тогда узнаешь! – пригрозил юноша. – Вы рехнулись, если направляете оружие на женщин!
– Так там женщина проклятого рода! – возразил сержант.
– Она там не одна, – сердито сказал Клод. – Вам дали бумагу с подписью императора?
– Ну дали, – опустив мушкет, сказал сержант, – что с того?
– Ты неграмотный? – спросил юноша. – Посмотри, что в ней написано, и на дату.
– У меня приказ графа Бекера! – упёрся сержант. – Пусть все выходят и под охраной идут к графу! И свой знак будете показывать ему, а не мне!
– С этими идиотами нельзя было поступить по-другому, – сказал севший в карету Клод. – Сейчас проедут крестьяне, а потом поедем мы.
– А что ты с ними сделал? – спросила Мануэла.
– Продавил амулеты и усыпил, а перед этим, чтобы не спёрли мушкеты, заставил лечь на оружие. Но они ничего не забыли и, как только проснутся, поднимут тревогу. Видимо, надо ехать к этому графу. Вы знаете, где его служба?
– В городе это знают все, – ответила она. – Демон бы побрал этого Бекера! Так хотелось быстрее оказаться дома!
– Поехали домой, – предложил Клод. – Нам ни к чему переться в службу графа с двумя каретами и наёмниками. Оставим всё это у вас, а я поеду один. Только дайте слугу, чтобы я не искал графа до утра.
– Ладно, поехали домой, – согласилась Мануэла.
Дорога освободилась, и они въехали в столицу империи. На улицах вдоль дорог светили фонари, и их света хватало, чтобы не разбить лоб при ходьбе, но рассмотреть город при таком освещении не получилось. Клод только заметил, что дороги и тротуары покрыты не булыжниками, а тёсаным камнем и не было одноэтажных домов. До дома графов Ургель добирались не меньше часа. Задержка вышла из-за того, что кучера не знали Ларсера, а Мануэла плохо помнила дорогу и её спрашивали у прохожих. Один раз заехали не туда и пришлось возвращаться. Но всё когда-нибудь заканчивается, закончилась и эта езда по тёмным улицам. Остановились у ворот, сделанных в высокой ограде. Наёмникам пришлось минут пять бить в них ногами, прежде чем вдали послышались чей-то приглушенный кашель и звук шагов.
– Кому это не спится по ночам? – спросил старческий голос. – Тебя принесло, Марк?
– Открывай, Гнеш! – крикнула Мануэла. – Хозяева приехали!
– Вы, госпожа? – ахнул старик. – Господи! Никак оживили?
– Оживили, – раздражённо ответила графиня. – Открывай быстрее, пока не выломали ворота!
– Сейчас открою, госпожа! – заторопился слуга.
Со скрипом повернулся ключ в замке, лязгнул засов, и ворота начали медленно открываться.
– Помогите ему! – прикрикнула Мануэла на наёмников. – А то мы здесь простоим полночи.
От ворот вглубь парка вела широкая, мощёная камнем дорога, по которой за пару минут доехали до дома. Он был большой и двухэтажный, с колоннами перед входом. Рассмотреть толком не получилось, потому что совсем стемнело.
– Поднимай слуг! – велела Мануэла старику. – И зажгите фонари. Нужно срочно подготовить комнаты. Скажи, чтобы кто-нибудь показал моим людям конюшню, и позови Власа. Шевелись! Мы долго были в дороге, устали и хотим отдохнуть!
Старик убежал, и тотчас же в доме начался переполох. Стали зажигать фонари, а к Мануэле выбежал мужчина лет тридцати.
– Готов служить, госпожа! – крикнул он. – Вы только прикажите!
– Заматерел, – сказала графиня, – сразу и не узнаешь. Вот что, Влас, возьми у нас одну из лошадей и проводи господина барона к службе охраны императора. Там его подождёшь, а после вернётесь обратно. Всё понял?