Клода, в отличие от жены, рассказанное не насмешило.
– Нужно думать, – сердито сказал он Колину. – Стихийные духи в разных местах имеют разную силу. Сколько её в вашей реке и сколько в море! Хорошо, если после твоей выходки не будет утонувших. А если бы там были дети? Меня не веселит, что столько людей лишилось одежды и обуви. Теперь всё это нужно покупать, а на пляже отдыхают не одни дворяне, и у всех разный достаток. Для одних это пустяк, а для других уже нет. Любви горожан такими выходками не добьёшься.
Колин понимал, что ругают за дело, но всё равно обиделся. Завернувшись в халат друга и поддерживая его руками, чтобы не волочился по полу, он ушёл в свою комнату, где первым делом сполоснул ароматный флакон и заполнил его вонючей настойкой из бутылки. Мальчик магией лишил запаха бутылку с остатками настойки и спрятал в шкаф. Лечь в кровать уже не успел.
– Где моя настойка? – спросил возникший в комнате демон. – Не советую говорить, что её у тебя нет!
– Она есть, – справившись со страхом, ответил Колин, – но всё имеет свою цену!
– Что тебе нужно? – нетерпеливо спросил лафрей. – Говори, только быстрее!
– Я хочу очень быстро стать старше на три года!
– Зачем это нужно? – удивился лафрей. – Только дурак станет укорачивать свою жизнь! Твоё тело не просто станет старше, оно и проживёт меньше!
– Хочу стать шестнадцатилетним! – упёрся мальчишка.
– Станешь, – согласился демон. – Не сейчас, а через месяц. Только нужно нагружать мышцы, иначе будет плохо. Где настойка?
– Возьми, – сказал Колин и поставил на стол флакон.
– Странный запах, – сказал демон, облизнув губы раздвоенным языком, – но вкус тот, что нужно. К следующему разу приготовь её побольше, а то не буду ничего делать!
Глава 8
– Значит, вы и есть Большой Ник? – спросил барон невысокого толстяка с жуликоватыми глазами. – И что в вас большого?
– Оборот, – расхохотался тот. – Мой тёзка, который тоже торгует мехами, будет повыше, но до прозвища пока не дорос. Прозвище просто так не дают, его ещё нужно заслужить.
– Давайте увеличим ваш оборот, – улыбнулся Кай. – У меня десять мешков прекрасных шкурок. Я принёс меха на выбор. Если сойдёмся в цене, продам всё сразу.
– Давайте посмотрим, – посерьёзнел толстяк. – Неплохой мех, но у меня его много. Могу взять, но большой цены не будет. За такую дам золотой.
– На продажу такие стоят пять! – возразил Кай. – Не велика ли разница?
– Не хотите – как хотите, мне такие меха без надобности.
– Ладно, зайду к Нику без прозвища, – сказал барон, собирая шкуры в сумку. – Если и он окажется жмотом, возьму их с собой в столицу. Наверное, продам без торга за пять золотых. Это лучше, чем отдавать даром.
– Так вы едете в столицу? – оживился толстяк.
– А что я забыл в этом городе? Купили гражданство и уезжаем. Кое-кто из спутников хочет остаться здесь, поэтому хотел продать шкуры и выплатить их долю, но могу отдать своим золотом, а шкуры приберечь.
– Три золотых, – пошёл на уступку Ник.
– Пять! – назвал свою цену Кай.
– Четыре! И это моё последнее слово!
– Ладно, смотрите другие меха, – проворчал Кай. – И вот ещё что... Вам не нужны мушкеты? У меня есть лишние, и неохота искать оружейников.
– Сколько мушкетов? – спросил Ник. – Двадцать – это многовато... Хотя, если в хорошем состоянии, то возьму.
Избавившись от лишнего оружия и мехов, барон опять собрал всех в своей комнате и раздал золото. Стражнику досталось тридцать монет, а Дитеру с Катериной – пятьдесят, после чего их отпустили.
– Теперь разберёмся с вами, – сказал Кай. – Вам, Артур, причитается сотня монет, но если мы поплывём, за место на корабле с вас возьмут пятьдесят золотом. Поэтому возьмите пятьдесят золотых, а остальные пока останутся у меня.
– Спасибо, – поблагодарил Артур. – Я и на это не рассчитывал.
– А ваши две сотни, Хартмут, полностью уйдут на ваш проезд.
– Ну и хорошо, – ответил шевалье, – хоть не тратиться на дорогу. Вы не узнавали, почему так дорого берут?
– Здесь плавают разные корабли, – сказал Кай, – поэтому цены тоже разные. Я сказал самую большую из тех, которые мне говорили, поэтому деньги могут остаться. Этот город здесь не единственный, на сотню лиг восточнее есть Сарск, который раза в три больше. Я говорю к тому, что садиться придётся на один из кораблей, плывущих из Сарска в столицу. Здешние корабли заняты рыбной ловлей или прибрежной торговлей и не плавают далеко.
– Значит, не хотите ехать берегом? – спросил Артур.
– Слишком долго, дорого и хлопотно, – ответил барон. – На море тоже есть разбой, но, по словам трактирщика, осенью пираты уплывают на свои острова и должно очень не повезти, чтобы на них нарваться. А разбой на тракте, хоть и редок, но не зависит от времени года. К тому же на дороге мы с вами будем одни, а на корабле много народа.