– Пожалела она! – прекратив плакать, сказала Лиза. – Ты лучше не мешала бы мне выплакаться перед смертью!
– Что ты такое говоришь! – обомлела Алина. – Как тебе можно умирать?
– Что слышала! Хочешь, чтобы я поверила в то, что ты ничего не знаешь?
Она приподнялась, села на скамейке и расправила платье. Чтобы не сгибаться из-за ветвей, Алина присела рядом.
– А что я должна знать? – спросила она. – С вами теперь занимается Гайнер, а вы не докладываете мне о своих занятиях. Я спрашивала у Моны, но она сама не знает.
– Спроси у своего учителя, – сказала Лиза. – Ты у него в любимчиках, может, и ответит.
– А кто вам мешает принести ему клятву? Тоже будете любимчиками.
– Думаешь, вы одни такие умные? Мы уже пробовали, но старик отказал!
– Почему? Кто же отказывается от желающих ему служить?
– Ты не притворяешься, – посмотрела на неё Лиза. – Помнишь текст клятвы? Не своей, а той, которую должен говорить старик. Что он обязан делать в отношении вас?
– Заботиться, – вспомнила Алина. – Так он и так обо всех заботится.
– Нельзя быть такой наивной! – сердито, но уже без прежней злости, сказала Лиза. – Заботится он... О вас заботится из-за того, что твой брат стал магом императора, а жених когда-нибудь будет главным магом! И твою Мону никто не тронет, потому что она герцогиня! А кому нужна такая, как я?
– Ты красивая, хорошая, и у тебя много сил!
– Красивых девчонок много, а старику не нужна наша красота! Про хорошую вообще молчу, а вот сила – это единственное, что его во мне интересует. А мне только шестнадцать лет, и я хочу жить!
Вся злость у неё разом исчезла, плечи поникли, и девушка зарыдала ещё сильнее, чем до прихода Алины. Та растерялась от такой внезапной перемены, а потом пододвинулась и обняла Лизу за худенькие вздрагивающие плечи.
– Я не поняла, что тебе угрожает, но если скажешь, то я сбегаю и поговорю с учителем. Грас не злой и должен помочь...
– Поможет он... – с трудом справившись с рыданиями, сказала Лиза. – Наверняка сам всё это и придумал. Твой Грас двести лет служит империи, это цель его жизни, ради которой старик не пожалеет себя, что уже говорить о нас! Мы не имеем право никому об этом говорить, но ты уже достала меня со своей наивностью! Сказать, чему и для чего обучал маг императрицы? Нас научили пользоваться заклинанием портала и вызывать огненную бурю!
– Портал я тоже выучила, только меня не пускают им даже в особняк к брату. А зачем вам огненная буря?
– Мне она сто лет не нужна! А дали для того, чтобы мы жгли южан. Пройдём порталами в города и ударим огнём по их жителям! Одна я заживо сожгу тысяч двадцать, а нас таких шесть!
– Для чего жечь жителей? – оторопела девушка. – Там ведь дети!
– Чтобы боялись, – объяснила Лиза. – Твоему учителю плевать на детей южан и на нас плевать! У меня после шторма не останется сил даже вылечить насморк!
– И как же вы вернётесь?
– Сказали, что не должны никуда уходить, тогда заберут порталом. А как я буду там стоять? Жечь буду в другом месте, иначе сгорю сама, а уцелевшие жители порвут меня в клочья! Силы на новый портал я наберу в лучшем случае через три дня, а кто мне даст это время? Говорят, что отдать жизнь за империю – это долг каждого. Может, и так, хотя для боя есть мужчины, только от нашего огня империи станет ещё хуже! Наши думают запугать южан и отбить у них желание драться, а может получиться война до последнего человека! Если вызовем ненависть, у них найдутся желающие отомстить, а вот у нас мало желающих драться!
– Но Грас должен понимать... У него такой опыт!
– Значит, не понимает или надеется, что всё выйдет так, как он задумал, – сказала Лиза и поднялась со скамейки. – Я сбежала бы, но тогда найдут и прикончат. Ещё и родные пострадают. Ладно, забудь.
Она достала платок и вытерла лицо, а потом магией убрала следы плача. Придерживая юбку и пригнувшись, девушка выбралась на дорожку и пошла к выходу из сада.
«Ты сейчас где, сестрёнка? – связался с Алиной Клод. – Я сегодня вышел на службу и сейчас должен встретиться с Грасом, а потом хотел поговорить с тобой. У тебя не будет занятий?»
«Занятия только у самых старших, – ответила она. – Остальные учатся самостоятельно, поэтому я буду свободна. Расскажешь, как ты бил тёмных? Сейчас все только об этом говорят. Девушки просили рассказать, а я сама ничего не знаю».
«Потом поговорим, – ушёл от ответа брат. – Меня уже приглашают».
На самом деле никто его пока не приглашал. Клод стоял перед дверьми в комнаты главного мага и ждал его возвращения от канцлера. Рядом скучали два сержанта, которым было запрещено разговаривать с посетителями.