В три утра промокший, замерзший, еле переставляющий ноги, я выхожу к машине. Сразу включаю печку, греюсь, греюсь, греюсь. Тело трясет, в голове почти нет мыслей. Выбрался, только это радует.
Позже, когда небо светлеет, предвещая скорый рассвет, я завожу машину, осторожно, задним ходом выезжаю на дорогу. Всю дорогу домой вспоминаю разборку, действия Сереги. Но больше всего — как лежал в яме. Как страшно было. А теперь противно. Не помогли уроки Женьки! Как был трусом и слабаком, так и остался.
Дома долго лежу в горячей ванне, пью много кофе, пытаюсь собраться с мыслями. Неужели все напрасно? Серега раздавит меня, как комара. Лучше уйти. Просто забить на все. Может быть, уехать в другой город. Начать с чистого листа.
Только ничего не выйдет, шепчет кто-то внутри. Прошлое будет преследовать, как кровавый шлейф по воде от раненной рыбы. И найдутся новые акулы. А постоянно бежать не получиться. Да и что это за жизнь тогда?
Наступает момент, которого я опасался долгие годы. Момент, когда жизненно необходимо проверить кто ты — Человек, или его прямоходящий аналог из животного мира, с рудиментами разума и высшей нервной деятельности, которая, в конечном счете, сводиться к трем простым алгоритмам. Это индивидуальный путь, где каждый решает самостоятельно, без свидетелей, и, от этого, более объективно и безжалостно. Что выберу я?
Я захожу в комнату, вытираюсь полотенцем. Холодно, но телу хорошо. Взгляд находит пистолет. В который раз любуюсь им. Смотрю на карту с пометками, вспоминаю, как выслеживал, прикидывал, где лучше закончить. И что теперь? Все было зря?
Нет, отвечает внутри кто-то предельно спокойный, холодный. Есть пистолет, есть схема, есть решение. Нет только дороги назад. Поэтому надо идти и заканчивать с этим. И так растянулось долго.
Все предельно просто: пистолет, вечер, выстрел. Мысли, вопросы будут потом. Сейчас важно отстраниться от лишнего, перестать рефлексировать. Просто пойти, и закончить с этим.
Только действовать нужно быстро. Все должно произойти завтра. Завтра, когда Серега будет праздновать, когда пойдет домой пьяный. Я буду там. Стану тенью. И в нужный момент выстрелю. Потому что без выстрела в этой сказке ничего не решится. Не знаю, решится ли с выстрелом, но без него точно никак.
Я еще некоторое время провожу за картой, вспоминаю пространство пустыря, двор, думаю, где оставить машину. Наконец, сон окончательно берет верх. Но еще находясь в состоянии, близком к сознанию, я вижу себя у подъезда Сереги. Вижу его, готовлюсь выстрелить. Тело напрягается. И в момент, когда курок бьет по патрону, за мгновение до того, как Серега падает, сраженный выстрелом, я окончательно проваливаюсь в глубокий сон.
Убийство
Просыпаюсь от звонка будильника. Потягиваюсь, с трудом открываю глаза. Сквозь занавешенные шторы проступает робкий свет утреннего солнца. В комнате пахнет утренним ветерком. Хорошо. Но вдруг сознание пропарывает мысль о сегодняшнем деле. И все благодушное настроение исчезает без следа. Это случиться сегодня. Легкий мандраж мешает сосредоточиться, но это и не нужно по большему счету. Все решено. Осталось довериться системе, что трепетно выстраивалась все это время.
Меж тем, еще утро. Несмотря на ночные приключения, нервы и холод, чувствую себя хорошо. Пугает то, что будет, но есть решимость действовать. Наверное, так отчетливо — впервые в жизни. Словно подходишь к рубежу… Хотя, я уже почти месяц подхожу, да все никак не подойду.
Утренний крепкий кофе бодрит. Наскоро приготовленная яичница с колбасой, пара тостов, немного фруктов утоляют голод. Почему-то вспоминается Кира, ее улыбка, волосы, глаза. Если бы сейчас она была здесь, все было бы значительно легче. Я закрываю глаза, чтобы как можно сильнее усилить фантом ее присутствия. Но, как не закрывайся от реальности, наступает момент, когда внутренняя тьма давит, и необходимо снова возвращаться в мир, путь неуютный, но привычный.
Я ем, немного смотрю телевизор, сижу в интернете, в который раз чищу пистолет. Но времени все равно слишком много. Настолько много, что я начинаю нервничать. То несколько раз автоматически выполняю одни и те же действия, то залипаю на несколько секунд с последующим мучительным вспоминанием, что я вообще хотел делать? По истечении часа напряжение так достает, что просто жизненно необходимо что-то придумать, занять руки и сознание. Иначе вечером, в самый ответственный момент перегорю, совершу ошибку. Или вообще не среагирую.
Что делать? Вопрос всплывает с периодичностью в пять минут. Чтобы как-то отвлечься, начинаю вспоминать Киру. Потом, сами собой, из памяти всплывают и Саша с Настей. Что это было? Последовательные шаги к деградации? Или подъем, смысла которого я не понял? Наверно, теперь уже не важно. Момент безвозвратно потерян, после драки кулаками не машут.