Подумав про драку, я вдруг вспоминаю того негодяя из универа. Студента младших курсов, что нарочно толкал меня плечом, пытаясь показать презрение к фигуре преподавателя. Вспоминаю его лицо, презрение в глазах, и неожиданно начинаю понимать, что с ним необходимо разобраться. Минута, и сознание наполняет ярость. Да как он смел! Тогда я старался прямо не отвечать на такие вызовы, но теперь все изменилось.
Звоню Жилину, прощу разузнать адрес негодяя. Перед внутренним взором одна за другой проплывают сцены неуважения. Я его запомнил. Хорошо, что перед увольнением еще и не поленился заглянуть в журнал, узнать имя и фамилию. Его зовут Вова
Проходит около получаса. Наконец, Жилин перезванивает, называет адрес. Я вчитываюсь в быстро записанные на обрывке газеты строчки. Здесь несколько кварталов к краю. Мой тезка живет в неблагополучном районе, среди такой же гопоты, как и сам. Это окраина города, недалеко от промышленной зоны, рядом с троллейбусным управлением. Здесь большей частью стоят небольшие двухэтажные дома желтого цвета, деревянные внутри. Когда иду мимо, мне кажется, что внутренности их превратились в труху под усердием хозяев. Там пахнет затхлостью и старым деревом, половицы скрипят, рискуя провалиться, а домашняя живность не заканчивается птичками и хомячками. Там мрачно и тоскливо. И когда-то давно я там жил.
Воспоминания не добавляют спокойствия. Я одеваюсь, выхожу во двор. День только начинается. Все рабочие уже у станков, школьники гуляют, прочие бездельники облюбовали окрестные лавочки. Я сажусь в машину. Даже если готовиться к бою с Вовой, времени еще много. Решаю съездить на рынок. Нужно прикупить кое-какие шмотки.
Рядом с рынком полно машин. Я еле втискиваюсь между двумя иномарками. У входа шумно: торговцы, просто люди, собаки. Все это галдит, что-то предлагает, отказывается, жалуется, угрожает. Дальше только хуже. Я протискиваюсь сквозь встречный поток, нарываюсь на пару оскорблений, все пропускаю мимо ушей.
Выхожу к палаткам, где торгуют одеждой. Дружелюбные южане окружают плотной стеной, настойчиво приглашают каждый в свою палатку. Я подхожу к первой в ряду, рассматриваю содержимое. Хозяин громко горланит, предлагает померить. Меня начинает раздражать его манера вести торговлю. Перехожу к следующей палатке. Хозяин первой не успокаивается.
— Э, кюда ходышь, э? Пакюпай у мэнэ. Скыдкэ сдэлаю!
И кладет руку на плече.
Я останавливаюсь.
— Сломать? — спрашиваю, глядя на руку
— Зачэм так гаваришь? Зачэм ламать, э? — говорит гость города удивленно, с обидой, но тут же отдергивает руку и исчезает в недрах палатки.
Надо осторожнее. Все-таки их здесь очень много. И, в случае чего, концов никто не найдет.
Оглядываю следующую палатку, затем еще одну. Через полчаса блужданий, споров с торговцами, примерок, становлюсь владельцем темно-синего спортивного костюма с тройной полосой по линии плечи-руки-ноги, черных кроссовок и солнцезащитных очков типа «я — стрекоза».
Возвращаюсь в машину. Дома примеряю костюм. Вид «чисто пацанский». Я становлюсь немного похожим на Нико Белича. Схожесть не радует. Зачем все это? Может быть, надеть обычные джинсы, футболку, легкую куртку? Ага, и попасться на привычном виде? Вот смеху будет. Нет, лучше так, изображая пэтэушника-переростка. Очки слегка не вяжутся со стилем, от них так и веет гламуром, какой-то излишней прилизанностью и пафосом, не подкрепленным ничем. Кроме тех же очков. Это вычурная дешевка, но нужная для дела. Тем более они не слишком темные.
Пытаюсь поспать, но ничего не выходит. Тогда, чтобы немного успокоиться, еду к «Рафинаду». Успеваю как раз к моменту, когда Серега выходит. Смотрю издалека, отмечаю детали. Серега весел, движения уже сейчас слегка смазаны. Выпивал, точно выпивал. Как же, такое дело. И не боится, что раненный бандит с товарищем будут мстить. Самоуверенный. Хотя, может и правильно: не знаешь, с какой стороны придет смерть. Может быть, пока ждешь ее приближения со спины, она настолько близко, что наблюдает из соседнего автомобиля…
Серега не стесняется водить пьяным. Несмотря на опьянение, ведет уверенно. Я преследую до ресторана. Звонит Игорь, сообщает, что сегодня все празднуют, Серега дает большой ужин. Оказывается, те бандиты действительно не рассчитали сил. Сейчас где-то прячутся, потому что, помимо Сереги и компании, с ними хотят тесно пообщаться еще несколько таких же дружных коллективов.