На парковке ресторана как в автосалоне: джипы разных цветов и размеров. Практически на всех блатные номера. Ребята стоят поодаль, о чем-то разговаривают. Появление Сереги встречается дружными рукопожатиями, улыбками, похлопываниями по плечам. Все знают, что босс снова на высоте.
Я жду, пока веселая компания зайдет внутрь, стою еще минут пять, еду в кафе. Нужно поесть, подготовиться. Скорее всего, гулять будут на широкую ногу. Значит, еще есть время.
Я наскоро перекусываю в ближайшей забегаловке, еду в знакомый с детских лет район. Оставляю машину за несколько кварталов. Сижу за рулем, вспоминаю. Уже от одного окружения становится мерзко. То, что предстоит вечером — вызывает сильное беспокойство. Это событие способно за пару минут перевернуть жизнь. При любом исходе.
Но вот перед глазами тезка, студент с одного из младших курсов. В деталях вспоминаю лицо, походку, манеру держаться. На сознание волнами накатывает злость. Вслед за ним, появляются лица других, тех, что когда-то делали больно, пытались возвыситься за счет меня. С юных лет, на этих самых улицах. Кулаки сжимаются от прошлого бессилия, когда человеколюбие сталкивалось с животной грубостью. Вспоминаю, как молчал, когда нужно было отвечать, как уходил, когда нужно было бить, как пытался оправдаться, когда наезжали.
Последним в сознание появляется Серега. Это все звенья одной цепи. Постоянное нагнетание давления в сосуде сознания. Пока есть ресурс к расширению, все будет более-менее спокойно. Но однажды замечаешь, что больше расширятся невозможно. Тогда неизбежно следует взрыв…
Я выхожу из машины, когда злость закипает настолько, что превращается в ярость. В голове будто срабатывает переключатель. Все замолкает, покрывается коркой льда. Льдистой ярости. Я полностью готов. Надеваю очки. Пойдем, что ли, разомнем кости?!
Голова ледяная. Иду, наполняя сознание яростью. Расчетливой и обжигающей. Такой лед не растопит и лето. С ним справляется лишь боль и кровь. Не важно, своя или чужая. И на опыте я этого не знаю, скорее чувствую. Но чувствую верно.
Иду мимо многоэтажек, магазинов, остановок. Как сгусток холодного синего огня. Без остановок, лишних размышлении, гуманной чепухи. Судьба выставляет счет, что нельзя не оплатить. А гуманность, как налет ханжества, нужно сточит напильником. И не важно, что фактически по зубам. Боль — хорошее средство стать чище.
По курсу обшарпанная пятиэтажка. Третий подъезд, квартира 54. Встаю чуть в отдалении, грызу семечки, что нашлись в карманах старой олимпийки. На все наплевать. Вокруг кучками отморозки. Но сейчас не их час. Я сам неожиданно отморожен до крайнего состояния. Кто сунется?
Это закономерность существования. Хочешь победить монстра — стань им. Только большинство заигрываются, чрезмерно наслаждаются сущностью зверя, так никогда и не возвращаясь к себе. Мне Женька показал путь. Часть помог пройти. А теперь помощники не нужны — теперь ведет зверь, древняя, мощная сила, что не привыкла к поражениям. Миллионы побед отражаются во взгляде, что в этот миг смотрит через меня. Кто рискнет выступить против? Только тот, кто также прошел этот путь. Но такие не нападают, потому что осознают тщетность любой битвы.
Ждать приходится недолго. Появляется Вова. Идет нагло, пробегает по окружающим брезгливым взглядом. Это двуногое животное научилось говорить, даже как-то обрабатывать информацию. Но тонкому искусству быть человеком скотину не обучить. Так и останется идиотом с гопнической философией. Если не повлиять, не показать, что даже отмороженные идиоты смертны.
Выходит. Бросаю остатки семечек голубям. Присматриваюсь, отмечаю детали. Спортивный костюм a la gopnik style. Борзая походка. И ни капли человеческого в глазах. Наглое тупое животное девятнадцати лет, основные желания которого — пожрать, потрахаться и кого-нибудь унизить. Желательно, слабее себя. Глум для нищих духом. Как раз по существу.
А чем я отличаюсь? Живу так же просто, такой же костюм дома. Только человеческое в глазах еще немного отсвечивает. Надолго ли? Если судить по последним событиям, то нет. И что я здесь делаю? Почему не простил, почему кинулся мстить? Чтобы человеческое спасти. Но спасти через потерю. Не свою, чужую. Как буду жить с этим?
Прерываю мысли. Что за бред? Осталось только расплакаться как в детстве. Сейчас не время для слабости. Стоит конкретная задача. Внутренний приказ. И его выполнение никто не может отменить.
Животное оборачивается. Что выражает лицо? А ничего не выражает. Тупое и наглое. Ничего, это упущение природы мы подправим. Главное все делать тихо. Свидетели ни к чему.