Но ничего не происходит. Все так же светит солнце, играют дети. Я смотрю на крыльцо подъезда. Там ничего нет. Даже следов крови. Но я смотрю и смотрю. А перед глазами ночь, тяжелое биение сердца, кровь и глаза Сереги. Я как будто нахожусь там, перед последним выстрелом.
— Закурить не найдется, — раздается рядом.
Я почти подпрыгиваю от испуга. Еле сдерживаюсь, чтобы не закричать.
— Не… нет, — говорю севшим голосом.
Рядом на лавку садится мужичок лет сорока, какой-то помятый, небритый, с синяком под глазом.
— Ну, бывает. Ты ждешь кого-то?
— Нет.
— Да, не напрягайся ты так. Я просто всех здесь знаю, могу подсказать че почем.
— Нет, я просто устал, сижу, отдыхаю.
— Бывает, — говорит мужик спокойно. — А ты знаешь, что сидишь почти на месте преступления?
Я вздрагиваю. Блин, как он мог раскусить?
— Да, не бойся, парень, все нормально. Оно произошло уже больше недели тому.
— И что случилось, — спрашиваю я не своим голосом.
— Да, блатного одного убили. Бандита нашего, Серегу. Да, прямо у подъезда и положили.
— Дела… — говорю я, стараясь, чтобы получилось естественно.
— А то? Так ты представляешь, — говорит мужик, затягиваясь «Примой». — Его ведь не менты забрали.
Как не менты? Ведь должны были услышать люди, вызвать милицию. А там все по форме: протокол. Изучение места происшествия, тело в морг.
— Не, его братва забрала. Кто-то сигнализировал, — поясняет мужик. — Там у них пьянка какая-то была, вот все и сорвались, забрали. Короче, ментов сами пацаны вызвали, чисто чтоб экспертизу провести, и все в таком духе. А потом сказали не соваться. Братва сама разберется, понимаешь?
От этих слов мне становится как-то неуютно. Вдруг по моему следу уже идут? Может быть, я что-то обронил? Или нашли машину и смогли прочитать идентификационные номера?
— И что, менты не сунулись? — спрашиваю я.
— Ты в каком городе живешь? Конечно, не сунулись, кто ж им позволит. Начальство ж на прикорме у братвы. Нет, наверно следаков каких получше выделили, чтобы быстрее найти. Но уголовного дела заводить не стали.
— Понятно, — говорю я. — Страшное время…
— Вот, и я о том. У тебя на бутылку не найдется?
Я иду по улице, сворачиваю в парк. Время еще не позднее. История с обнаружением трупа всколыхнула сознание. Если ищут бандиты, значит, со временем все равно докопаются. А там — хорошо, если просто застрелят. Но на такую щедрость рассчитывать не приходится.
С другой стороны хорошо, что начинается еще одна охота. Придется опять мобилизовать все ресурсы. Так проще не думать о лишнем. Например, о том, что убил человека…
Парк зелен и пестр. Здесь хорошо подремать на лавке в погожий день. Я сажусь на одну из них, ту, что в глубине, в тени рядом с деревьями. Может быть, по пятам уже идут бандиты, и эти спокойные полчаса в парке — последнее, что у меня осталось? Я с удовольствием дышу полной грудью. Наверняка уже допросили Настю. И, конечно, она вспомнит, что ночью приходил я: возбужденный, нервный, резкий. А все остальное — вопрос времени.
Я не удивляюсь, когда вижу у карусели Игоря.
— Здорово, друг! — говорит он, садится рядом.
— Привет!
— Как у тебя дела?
— Нормально.
— Что-то ты выглядишь не очень?
— Работы много…
Игорь кивает.
— Понятно. Ты знаешь, что Серегу убили?
— Нет, не слышал, — отвечаю я. — А кто это такой?
— Да, бандос местный, — отвечает Игорь, улыбается. — Прикинь, у подъезда завалили.
— И что, нашли убийцу?
— Нет, куда там. Тело, еще до ментов, братва забрала. Похоронили по-пацански. Вот, сейчас ищут все, кто это. Переворачивают город вверх дном. Уже награду за голову назначили.
— Понятно. А кого-то подозревают?
— Да, говорят, залетные отомстили. У Сереги конфликт с ними был. Говорят, он одного подстрелил даже. Вот на них и грешат. Сейчас войну готовят. Весело будет…
— Ясно, — говорю я безразличным голосом. — А может быть, это был непрофессионал?
— Не исключено…
— И теперь у него может поехать крыша. Ну, знаешь там, начнет делать необдуманные шаги, еще что-нибудь?
— А вот этого ему не надо, — говорит Игорь. — Ни в коем случае. Пусть лучше поедет, где-нибудь далеко отдохнет. Деньги-то у него наверно есть.
— Может быть. Но, все-таки, знаешь, я думаю, это бандиты. Они же постоянно что-нибудь поделить не могут.