— Может быть, он и прав, — сказала Мануэла, когда маг уехал. — Но из города придется уезжать тайно. Барон из-за нас пострадал, и пострадал серьезно, а вину своего сына он никогда не признает. И нас не простит и попробует поквитаться. Он не дурак и в открытую не полезет, а ударит исподтишка. Радости во всем этом мало.
— Так что, надо было позволить ему повалять Леону? — угрюмо спросил Клод.
— Ну и повалял бы, — сказала Мануэла. — Рано или поздно, это случается со всеми. Я, вообще-то, больше боялась не того, что ей кто-нибудь задерет платье, а похищения вашими недругами. Ее бы на время спрятали, а вам предъявили обвинение в похищении. Свидетелей того, что девушка ехала с вами, было предостаточно. Я ее для того и хотела вытянуть на прием, чтобы все убедились в том, что она это делала по собственной воле. Я бы это чуть позже сделала, если бы не этот шустрый барончик и твое заклинание. Ладно, что сейчас об этом говорить. Посмотрим, как на нашу выходку отреагирует городская верхушка.
Как выяснилось уже на следующий день, реакция была самая благожелательная. С утра пришло сразу два приглашения на обед, причем оба на одно и то же время, и одно письмо с просьбой прибыть на вечерний прием.
— Вечером с тобой вдвоем съездим к графу Бешу, — сказала Клоду прочитавшая послания Мануэла. — А вот к кому идти на обед? Никого не хочется обижать, но мы не можем разорваться. Леона в порядке?
— Остатки заклинания я снял, — ответил Клод. — Но танцевать она уже не рвется.
— К двум поедем к барону Курту Заэру и возьмем ее с собой. Танцев на обеде не будет, а вот возможностей рассказать о ее побеге из родительского дома будет предостаточно. Ее и надо было таскать по обедам, а не везти на прием. Наверное, у меня еще просто после восьмилетнего перерыва не очень хорошо работает голова. До двух еще много времени, поэтому займемся этикетом. Робер, у меня к вам будет поручение. Нужно в любой из книжных лавок купить "Перечень". Я не знаю, будет ли у вас возможность читать эту книгу в дороге, но здесь свободного времени много, вот и пользуйтесь. И не ездите один, обязательно с собой кого-нибудь возьмите. Не хотелось бы вас потерять из-за мести барона Лангера или по другой причине. А сейчас собирайтесь, займемся обеденными приборами.
Клоду было все равно чем заниматься, лишь бы не танцевать. Память у него была такая, что все объяснения графини он запоминал с первого раза. Остальным приходились труднее, потому что имперский этикет изобиловал массой условностей и ограничений, и все их нужно было запомнить.
— Это провинция, — говорила Мануэла. — И хорошо, если эти правила соблюдаются хотя бы на треть, но в столице незнание правил хорошего тона не простят. Стоит один раз опозориться, и сразу же навесят клеймо. Тогда лучше забиться в какую-нибудь дыру, чтобы о вас поскорее забыли.
На обед поехали с хорошим запасом по времени. Дамы тоже украсили себя драгоценными безделушками, но их было гораздо меньше, чем на приеме. Городской дом баронов Заэров походил на тот, который они сняли в аренду, но был в два раза больше и имел гораздо более богатую обстановку. Привратник пропустил их экипаж и охранников и запер ворота. К дому подъехали по широкой, уложенной каменными плитами дороге.
— Какой красивый парк! — сказала Леона. — Не то что наш. И уже повсюду зелень.
— В этом году тепло пришло раньше, — заметила Мануэла. — Если не будет сильных дождей, дороги быстро придут в порядок. Наверное, мы здесь двадцать дней сидеть не будем.
Когда подъехали к дому, Клоду не пришлось проявлять галантность, за него это сделали хозяева.
— Дорогая, Мануэла! — воскликнул пожилой, красивый мужчина с почти седыми волосами. — Я просто счастлив, что вы наконец живы!
Он распахнул дверцу экипажа и подал графине руку.
— А как я этому рада, дорогой Курт! — засмеялась она, с его помощью спустившись из экипажа на мощеную тесаным камнем площадку перед домом. — Быть мертвой — скучное занятие!
— Разрешите, госпожа, я вам помогу, — предложил свои услуги Леоне мужчина лет тридцати, видимо, сын хозяина дома. — Господин маг спустится сам или мне ему на помощь позвать дочь?
— Это Геррит так шутит, — сказала Мануэла Клоду. — Рада вас видеть, господа. Один вопрос: вы были на приеме у графа Баккена?
— К сожалению, только один я, — поклонился ей Курт. — К сожалению, потому что такого зрелища я, наверное, больше не увижу ни разу в жизни. Я имею в виду не образ гигантской крысы, а то, как поддерживая спадающие штаны, драпали любители ниш. Да и на все остальное было интересно посмотреть. Я тоже оттуда удрал, хоть и не в первых рядах. Еще и вынес на руках баронессу Кальб, за что получил от нее поцелуй и приглашение навестить ее спальню в любое удобное для меня время, причем не один раз. Я к ней давно приглядывался с тех самых пор, как умерла моя Катрин, а теперь будет случай сойтись поближе.
— Позвольте, я вам представлю своих спутников, — сказала Мануэла. — Это дочь графа Роднея Леона. Она жила в Вирене, но с рождения мечтала попасть в империю. Поэтому воспользовалась случаем и сбежала из замка отца, примкнув вот к этому молодому человеку. Нет, к сожалению, никакой любовной истории здесь не было, она для него только попутчица. А это мой друг барон и маг Клод Шефер, который приехал к нам с сестрой из той же Вирены.
— А как же ваши родители, барон? — спросил Курт. — Извините, если этот вопрос вам неприятен.
— Отец погиб в бою, а мать умерла при родах сестры, — ответил Клод. — Мы не убегали из фамильного замка, потому что на момент бегства никакого замка у нас не было. Зато были сильные враги, от которых пришлось спасаться бегством.
— Прошу вас в дом, — пригласил их Курт. — Стол накрыт, ждали только вас.
Они прошли в трапезную, в которой были составлены пять столов, ломившихся от всевозможных яств. Там их познакомили с детьми Геррита.
— Это моя старшая, — показал отец на курносую, но очень милую, девчонку лет десяти. — Ее зовут Гретта. А этому парню уже семь лет. Это мой наследник Штефан. Матери у них нет, только я. Как и ваша мать, барон, моя жена умерла при родах.
— Теперь, когда познакомились, прошу садиться за стол! — пригласил всех хозяин. — Будем обедать, а в перерыве попросим барона рассказать, для чего он устроил переполох у графа Баккена. Или, быть может, это тайна?
— Я вам расскажу сама, — засмеялась Мануэла. — Надеюсь, что вы об этом расскажете всем остальным, и нам уже не придется этим заниматься самим. Все очень просто. Мы поехали к графу втроем. Вы видели, Курт, что меня сразу же захватила одна из компаний? Так вот, я предвидела, что так и будет и поручила Клоду присматривать за Леоной. Она очень чистая и немного наивная девочка, поэтому, сами понимаете, нуждалась в защите. Сам он за ней присматривать не мог, поэтому использовал магию. Опасность вызвала бы испуг и запустила заклинание. На графиню наложилась пугающая иллюзия, которая и вызвала переполох. Клод просто немного перестарался.
— А вы сильны! — с уважением сказал Клоду Курт. — У меня очень хороший амулет с защитой от ментальной магии, да и у многих других защита была не хуже. А ваше заклинание сработало так, как будто ни у кого никакой защиты не было! Позвольте, значит, той крысой были вы?
— Я этого образа не видела, — смущенно сказала Леона. — Иначе прямо там же упала бы в обморок, как многие другие. Я это сделала уже потом, когда барон сам мне сказал… Лошади меня боялись, поэтому пришлось нести на руках.
— А почему было не снять морок? — спросил Геррит.
— Я прочитал заклинание в старой книге и ни разу его не использовал, — пояснил Клод. — А когда запустил, оказался без одного из потоков. Заклинание выпило из него всю силу. Пришлось ждать утра, пока все не пройдет само. Народу перепугал…
— Все только о вас и говорят, — кивнул Курт. — Те, кто вас видели, вспоминают это зрелище со сладкой дрожью, а остальные им завидуют. В их жизни мало ярких событий, поэтому это запомнится надолго. Да и пострадавшие, в общем-то, довольны тем, что есть что вспомнить. Недовольна только семья барона Лангера. Но теперь, когда ясно, из-за чего пострадал его сын, никакого сочувствия он не дождется. Одно дело, когда молодежь развлекается по взаимному согласию, а совсем другое — принуждение. За такое когда-то кое-что отсекали. По-моему, этот закон до сих пор никто не отменял.