К счастью, у трактирщика были в запасе сапоги на разные размеры, самые маленькие подошли.
– Бегать вы в них не будете, поэтому и ноги не натрёте, – сказала Алина. – Я уже разрешила брату войти.
– Ты всегда им командуешь? – спросила немного успокоившаяся Хельга.
– Он мой единственный брат и самый любимый человек! – сказала девушка. – Как я могу им командовать? Только не дело заниматься этим мужчине, а он не привык к нашей наготе. У вас от рыданий тряслась попа, а у него...
– Понятно – девственник! – мрачно сказала Хельга. – Он хоть самостоятельный?
– Он не девственник! – запротестовала Алина. – Мануэла уже запускала к нему одну девицу. Брату нет пятнадцати, но отец перед смертью оформил самостоятельность. А что такой здоровый, так это от занятий со шпагой.
– Так у вас нет отца?
– Убили люди того графа, который потом выкрал меня. А Клод проник в его замок и забрал не только меня, но и дочь графа. Она сейчас путешествует с нами.
– Пёстрая у вас компания, – сказала Хельга. – А кто этот толстый маг?
– Не такой уж я толстый, – улыбнулся вошедший первым Баум. – Я имперский маг Джед Баум.
– Мне нужно представляться? – спросила Мануэла.
– Я помню вас, графиня, – ответила Хельга. – Это вы вряд ли меня запомнили.
– Я была одна, а вас собралось два десятка, – пожала плечами Мануэла. – Ивы были моложе на десять лет, немудрено, что я вас не запомнила. Давайте я быстро представлю остальных, а потом будем решать, что с вами делать.
Она коротко рассказала обо всех присутствующих, включая Эвальда и Криса. После этого маги начали разбираться, что у них вышло не так.
– Покажите схему потока! – потребовал Баум. – Странно, всё верно. Я могу поручиться за это заклинание, потому что оно описано во всех учебниках и я сам видел, как его применяли. Хотя...
– Что вы замолчали, Джед? – спросила Мануэла. – Что-то вспомнили?
– Пришла в голову мысль, – ответил маг. – Виной всему может быть его сила. Графиня настолько быстро восстановилась, что не успела проявиться привязка. У нормальных магов она образуется на второй или третий день, а здесь не прошло и одного. Наверное, графиня Альтгард уже завтра почувствует то, что положено.
– Ваше предложение уматывать остаётся в силе? – спросила Хельга.
– Делайте что хотите, – ответил Клод. – Я не буду требовать от вас службы.
– Вы сами не захотите уйти, графиня, – сказал Баум. – Я уже видел таких. В вас ничего не изменится, только почувствуете благодарность и захотите отплатить добром за добро. Вам это непривычно?
– Не считайте меня неблагодарной сволочью, – сказала Хельга. – Да, я повела себя не лучшим образом, но к тому были причины! Я очутилась в диком положении и не верила ничему из того, что мне говорили. И отслужить я могу, только эта служба может выйти ему боком. Если хоть кто-нибудь из моей семьи узнает о том, кто и как меня поднял, они порежут Клода на куски! И моя повторная смерть никого не остановит – честь семьи дороже! Теперь понятно?
Глава 20
Обычно Клод, засыпая, проваливался в сон и просыпался только утром. На этот раз проснулся ночью. Дождя уже не было, небо очистилось от туч, и в окно ярко светила луна. Было тихо, только шумели от ветра растущие возле трактира деревья. Юноша повернулся, чтобы посмотреть на Хельгу. В лунном свете было видно, как трясутся в беззвучном плаче её плечи.
– Не надо плакать, – попросил он. – К тебе вернулась жизнь и, если повезёт, она продлится намного дольше прежней. Ты станешь сильней и обретёшь хоть какую-то магию. И я никогда ничего от тебя не потребую.
– Тебе меня не понять! – срывающимся голосом сказала она. – Мальчишка! Я всю жизнь боролась за свою независимость! Научилась владеть оружием, отвергла подобранного роднёй жениха, поругалась с родителями и уехала от них к Альме. А что теперь? Всю жизнь ходить за тобой хвостом и оказывать услуги? Много мне радости от такой жизни? Зачем ты едешь в столицу?
– В столицу едут, чтобы добиться успеха. Мне самому это не очень нужно, но без успеха не получится жениться на дочери Мануэлы. Сама знаешь, какое у вас отношение к выходцам из северных королевств. Как ты меня назвала? Щенок...
– Забудь, – сказала Хельга. – Я была вне себя от гнева.
– В гневе люди чаще говорят то, что думают, – возразил Клод. – И ты такая не одна. Был ещё барон, у которого из-за меня свихнулся наследник...
– Как свихнулся? – не поняла она. – Ты свёл его с ума магией?
Пришлось рассказать о приёме у графа Баккена.
– И часто у тебя выходят такие шутки? – перестав плакать, спросила Хельга. – Расскажи о себе. Я ничего не знаю о ваших королевствах, кроме того, что они когда-то были имперским захолустьем. Если нас повязала моя смерть, эти знания будут нелишними.
Клоду уже не хотелось спать, поэтому не стал отказывать. Он уже рассказывал о себе и Рабану, и Мануэле, и Луизе, поэтому мог говорить не задумываясь.
– Для пятнадцати лет у тебя очень интересная жизнь! – с удивившей его завистью сказала графиня. – Если не считать смерти отца, все твои невезения оборачиваются удачей. Неизвестно, куда это тебя заведёт, но с тобой точно не будет скучно. Может, всё ещё сложится не так плохо. Единственное, что не даёт мне покоя, – это судьба дочери Альмы. Я должна была доставить подругу и её дочь в Ларсер, но нарвалась на засаду и всех погубила! Альму не воскресишь, но, может, удастся спасти Хайди?
– Как? Подскажи, если знаешь. Я узнал, что мою сестру выкрали из-за её магии, чтобы продать южанам. Вроде бы она должна была рожать им магов. Я не отомстил графу за смерть отца, но рано или поздно обязательно это сделаю. Только вряд ли после этого узнаю что-то новое. Граф только исполнитель, и никто не посвятит его в свои тайны.
– От Брадбека до границы с южанами целый месяц пути, а Хайди уже десять лет. Как её провезёшь скрытно?
– Мою сестру поили какой-то гадостью, – сказал Клод. – Она была немного не в себе и не узнала меня. Если такую же дадут графине, она не станет звать на помощь. Маг, который поил сестру, говорил, что на детях это не отразится.
– Сволочи! И что делать?
– Я пока ничего не буду делать. У меня свои задачи, а твою Хайди уже не догоним. Но у императора должна быть тайная служба. Вот в неё нужно обо всём доложить.
– Точно! Служба графа Альвина Бекера. В ней не только охраняют императора, а занимаются вообще всем секретным.
– Приедем в столицу, потом посмотрим, кому и что докладывать, – с зевком сказал Клод. – Давай спать? Только ты больше не плачь.
Утром он увидел другую Хельгу. Из-за ночных разговоров Клод проспал бы до завтрака, но его разбудил скрип кровати. Проснувшаяся графиня сбросила одеяло и, не скрывая наготы, пошла через всю комнату к стулу, на котором вчера оставила одежду.
– Можешь не отворачиваться, – сказала она Клоду. – Во мне не осталось ничего такого, чего бы ты не видел. По-хорошему это надо было вчера закрепить в кровати, но ты любишь другую, да и у меня было не то настроение. Глупо, но постельные развлечения со шлюхами не считаются изменой, а то же самое со мной вызовет осуждение. Конечно, осудят только тех, у кого есть жена или невеста,для остальных это обычное дело. Я не одобряю такого распутства.