– Сколько тебе лет? – спросил он.
– Скоро двадцать три. А почему ты спросил? Из-за того, что я до сих пор не замужем?
– Ну да. Обычно девушек выдают сразу после пятнадцати.
– Я уже говорила, что отказала жениху. Это было шесть лет назад. А потом ушла от родителей и вела такую жизнь, что было не до замужества. Ниш во дворцах хватает, а мужчина, которому можно отдать себя всю, а не просто отдаться, мне не встретился.
– Кто-то недавно высказался о нишах, – засмеялся Клод. – По-моему, это была ты.
– Я была зла как сто демонов, да и голова работала как-то не так. Слушай, Клод, я не против такого общения, когда мы вдвоём, но на людях придерживайся этикета. Если кто-нибудь из родни узнает, что ты мне тыкаешь... Твоё дворянство признают, но уже к титулу будет другое отношение. Я хоть и числюсь в семье паршивой овцой, но остаюсь графиней Альтгард, а этот род входит в число тех, на которых держится империя. Так что тебя могут убить даже за такое обращение. Конечно, сделают это не открыто, но для тебя важен результат.
– Я понял, – сказал он. – Просто вы всё время тыкали, вот я и разозлился.
– Что лежишь? – спросила Хельга. – Вставай, я на тебя посмотрю. Ты на меня смотрел, поэтому дал такое право. К тому же скоро завтрак. Не знаю, как ты, а я страшно проголодалась.
– Давайте в следующий раз? – покраснев, предложил юноша.
– Никаких других разов! – решительно сказала она, подошла к кровати и сдёрнула с него одеяло. – Да, я вчера много потеряла. Зря вы, барон, стесняетесь. Любой женщине приятно, когда на неё так реагируют. Ладно, я сейчас уйду, а вы одевайтесь. Только сначала ответьте на вопрос: вы не читаете мои мысли?
– Вчера пробовал, – признался Клод. – Нужно было узнать, в каком вы состоянии. Но тогда не было связных мыслей. А больше я этого не делал и не собираюсь. В первом же городе купим амулет. На вас его не было, или мы не нашли и выбросили вместе с остатками одежды.
Когда юноша закончил одеваться, с ним связалась сестра.
«Клод, ты живой? – мысленно спросила она. – К вам можно зайти?»
«Конечно, можно, – ответил он. – Могла бы не спрашивать».
«Мало ли что, – смутилась она. – Ты не один, а с женщиной».
«Женщина вышла. Наверное, пошла ловить своего коня. А я уже оделся».
Открылась дверь, и в комнату вошла Алина.
– Возвращаю твою шпагу, – сказала она и бросила оружие на кровать. – Надеюсь, что это уже не опасно. Как у тебя с Хельгой?
– Она полностью ожила и почти не тянет силу. Вчера выплакалась, и сегодня с ней уже можно общаться. Надежды на то, что Хельга видела нападавших, не оправдались, а за её воскрешение семья Альтгард может меня прикончить. Поэтому нужно относиться к ней подчёркнуто уважительно и забыть о смерти и воскрешении. Если кто-нибудь поинтересуется, мы подобрали её у дороги и исцелили от раны и потери крови.
– Жалеешь о том, что сделал? – спросила сестра.
– Немного, – признался он. – Вчера жалел больше. Она неплохая, только со странностями. Когда будем завтракать?
– Ты только встал? Тогда делай свои дела и спускайся вниз. Мы уже в трапезной. Погода хорошая, поэтому не будем задерживаться.
Клод быстро сложил вещи, сбегал в комнату с удобствами и спустился в трапезный зал. Все, включая Хельгу, уже завтракали. Юноша хотел к ним присоединиться, но был перехвачен постояльцем, который вчера набивался в попутчики.
– Извините, молодой человек, но вы вчера обещали решить... – начал он, перегородив Клоду путь к столу. – Невежливо с моей стороны мешать вашей трапезе, но я боюсь, что после неё вы уедете, а я останусь в этом трактире...
– Подойдите ко мне! – повысила голос Мануэла. – Кто вы и что вам нужно от барона?
– Я академик Йонас Бадер из Вирены, – представился он графине и всем остальным. – Меня, видите ли, надули... Нанял экипаж для поездки в столицу, а возчик взял все деньги вперёд и бросил здесь!
– Кто же платит сразу? – усмехнулась Мануэла. – Вам повезло, что он довёз сюда, а не бросил в первом же трактире.
– Извините, госпожа, но из первого трактира мне было нетрудно его найти, – возразил Йонас. – А если я попытаюсь это сделать отсюда, то без денег просто не дойду... А что касается платы, то меня в Вирине за всю жизнь никогда так не обманывали. Я думал, что в империи народ честнее.
– Жулик на жулике, – сказал Баум. – Вы учёный?
– Преподавал и занимался естественными науками в столичном университете, – ответил он. – А когда король Аделрик занял столицу, университет закрыли, поэтому я решил предложить свои услуги...
– Понятно, – перебила его Мануэла. – Хотите, чтобы мы вас довезли?
– Я не претендую... Но если довезёте хотя бы до города, буду очень благодарен. У меня, понимаете ли, почти закончились деньги...
– Нас слишком много для одной кареты, – задумалась Мануэла. – В хорошую погоду можно ехать верхом, а если пойдут дожди? Завтра будем в Тулине и наймём ещё одну. Мы возьмём вас, только придётся заплатить за дорогу. Не нужно бледнеть, плата будет не деньгами.
– Видите ли, я уже не молод, чтобы расплачиваться как-то иначе, – смешался Йонас. – Я знаю, что в империи очень лёгкие нравы, но не могу...
– Мы с вами не соскучимся, – отсмеявшись, сказала Мануэла. – Заплатите интересными рассказами, а не вашим мужским достоинством. Этого добра, в отличие от интересных собеседников, в дороге хватает. Вы уже позавтракали? Вот и идите рассчитываться с хозяином и собирать вещи. А заодно подумайте над тем, чем будете нас развлекать.
– Зачем вам этот виренец? – спросила Хельга. – Что интересного он может рассказать?
– После знакомства с Клодом я уже не отношусь с пренебрежением к жителям этого королевства, – ответила ей Мануэла. – А вам, графиня, не возбраняется продолжить путь на своём коне, тем более что вы его нашли. Зачем слушать то, что неинтересно? Клод, ты уже собрал вещи? Тогда не торопись с завтраком, мы подождём.
Через полчаса покинули трактир и продолжили путь. Хельга и наёмники ехали верхом, а остальные уместились в карете.
– Начинайте, Йонас, – сказала учёному Мануэла. – Сократите нам дорогу рассказом.
– Расскажите, чем закончилось в Вирене, – попросил Клод. – Мы уехали из королевства в разгар зимы, а потом только услышали о разгроме от человека, который сам пересказывал слухи. У меня там остались друзья, и я беспокоюсь об их судьбе.
– О том сражении, в котором герцог Меснер потерял армию, я рассказывать не буду, – сказал учёный. – Сам я там не был, а те, кто уцелел в бойне, описывают её по-разному.
– Так всегда бывает, – подтвердил Робер. – Каждый видит сражение по-своему, и мало кто из рассказчиков обходится без вранья.
– Все сходятся в том, что герцог не виноват в разгроме, – продолжил Йонас. – Он, конечно, редкий осёл, но там и умник ничего не смог бы сделать. Мало того что корвов было в два раза больше наших, так ещё в разгар битвы нас предали несколько вельмож. Говорят, что Аделрик сговорился с ними заранее. А после гибели армии воевать стало некому. Король Франц бежал к соседям на север, а остальные заперлись в своих замках. Соседи его обезглавили и голову отослали в подарок Аделрику, а замки тех, кто отказался открыть ворота, стали брать приступом. Первым делом, конечно, заняли города. После этого сопротивлялись только законченные идиоты. Умные или принесли Аделрику клятву верности вместе со всем своим золотом, или сбежали с этим золотом в империю.