В центре кухни стоял Йерк и раздавал команды, когда голосом, а когда и иллюзиями. Кого атаковать, кого лечить, кого защищать — в этот момент именно на смешном толстяке оказалась самая большая ответственность. От его решений зависела судьба всех.
Поначалу поток демонов казался бесконечным. Но время шло, и он начал стихать: сперва демоны кончились в подвале, а потом дертаны лезть перестали и со второго этажа.
— Круг! Я чувствую его! — обрадованно зашипела Монтрозо. — Он не в подвале! Он наверху! Демонолог пытается призвать кого-то серьезного!
Одним движением перемахнув через баррикаду, чернокнижница рванула наверх. Рыжая повторила сей акробатический трюк, и последовала за ней.
Проводив их взглядом, Рэм вздохнул и принялся расчищать проход. С помощью Ланса и Лианга управиться удалось довольно быстро, и на второй этаж поднялись все без исключения.
— А где демонолог? — осторожно поинтересовался Ланс у Монтрозо, с грустью рассматривающей погасший круг.
— Я перестаралась, — прошипела чернокнижница и указала на кучку пепла, над которой завис призрачный кристалл.
— О! — в разговор вмешалась Рыжая. — Это было нечто! Мы поднялись, а этот хрен начал пугать! Говорит, что призовет страшного и ужасного барона из Демониона! Даже имя какое-то сложно выговариваемое назвал! Он грозится — мы смотрим. Он грозится — мы смотрим. Ему надоело грозиться, и начал он нехорошими словами нас называть. Ругаться стал и все такое! А потом: хоп, и рассыпался, не договорив. Вот до чего ругань доводит! Затем круг взял и погас.
— Погас! А ведь я его не трогала! — недовольно прошипела Монтрозо. — Этот жалкий баронишка почувствовал силу Рокоша и решил избежать встречи. Трусливый подлец! Ничего! Я еще отведаю его плоти!
— Хватит бурчать! — произнес Кевин, тяжело дыша (подъем по лестнице дался ему тяжело). — Пора собирать трофеи! С дертанов мне нужны зубы, когти и сердца. Все остальное твое!
Получено 28 х 25 + 1 х 20 очков опыта.
Получен 4 уровень.
После победы над демонологом и его созданиями все Неудачники стали обладателями четвертого уровня. Монтрозо взяла двадцать третий, а Кевин не стал распространяться о том, получил он уровень или нет. Его больше интересовала добыча!
— Мы победили демонолога! — Ланс, как и раньше, избегал смотреть на Готтарда Кодэ, отдавая дань изысканной отделке кабинета.
— Ну победили? И что? — архисвященник произносил слова с ленцой, а взгляд его выражал высшую степень презрения. — Город благодарен вам. Ура. Ура. Ура.
— Задание нам давал не город, а Вы, — Ланс усмехнулся. — И мы хотели бы получить награду.
Неудачники за его спиной тихим рокотом подтвердили: да-да, награду, очень хотим.
— Награду? — Готтард Кодэ смерил Ланса неприязненным взглядом. — Что ж. Раз уж вы настаиваете. Я выдам вам награду.
Получено 35 очков опыта.
Архисвященник выбрался из-за стола и, тяжело ступая, прошелся вдоль Неудачников, выдав каждому по медному гросу.
— Отличная награда, не правда ли? — Готтард Кодэ одарил Ланса презрительной улыбкой. — А теперь вон из моего кабинета, оборванцы. Мне тут работать надо, а я на вас время трачу!
Ошеломленные Неудачники покинули кабинет и направились к выходу.
— Это что же? — прервал молчание Йерк. — Мы за это задание почти ничего не получили?
— Получили, — усмехнулся Ланс. — Сегодня днем мы с Рэмом одного торговца от крыс спасли. В награду нам два талера досталось.
— Значит, деньги у нас есть? — выразил всеобщую радость Йерк.
— Есть, — впервые за день на лице жреца возникло безмятежное выражение. — На месяц — точно! Но тратить нам все равно надо поменьше. Хорошо?
— Хорошо! — нестройный хор голосов сообщил, что с этой нехитрой сентенцией Неудачники согласны. По крайней мере, на месяц.
Они вышли из храма и стали спускаться по лестнице. Вниз. Во тьму большого города, что готовил им еще немало сюрпризов.
— Идите вперед, — Ланс остановился у подножия и посмотрел вверх, на свет магических светильников.
— А ты? — спросил Йерк.
— Я потом вас догоню. А сейчас мне надо побыть одному.
Неудачники двинулись дальше, радостно делясь воспоминаниями прошедшего дня. Точнее, больше всех радовалась Рыжая. Йерк с Лиангом издавали куда меньше шума, но и они пребывали в состоянии счастливого умиротворения. Мичи просто шла рядом с ними. Она молчаливо улыбалась, а что творилось в ее душе… Чужая душа — потемки!