— Здравствуйте Ирина Алексеевна, — кивнула с улыбкой.
— Уже пятница — как дела по нашему делу? — спросила она, явно намекая на увольнение нового учителя физкультуры.
Мне искренне не хочется это говорить, но его действительно не за что увольнять! Он не только начал вести себя как нормальный человек, но даже с детьми ладит, кроме Оли Смирновой, конечно… Вот и что мне сказать этой назойливой женщине?
— К сожаления(К её, а не к моему), Александр Владимирович справ…
— Вот только не надо мне тут! — воскликнула женщина и подошла ближе, продолжив уже шепотом. — Ты почему не рассказала о ситуации с Олей Смирновой? — я удивленно округлила глаза.
— Поверьте, это опять надуманная проблема со стороны девочки и её родителей! — попыталась переубедить её.
— Не важно, — покачала Бульдожина головой. — Я сегодня буду присутствовать на собрании по этому делу, а ты смотри — не подведи! — женщина подмигнула и пошагала прочь, оставив меня в недоумении стоять посреди коридора и смотреть ей вслед.
— Эй, чего застыла, Василиса Владиславовна, — меня в плечо легонько толкнул мой сосед и улыбнулся своей мальчишеской улыбкой. — Устала на своих ходулях ходить? — смеется он.
— Не-ет, — отвечаю, рассматривая его наряд и приподнимаю вопросительно бровь. — Что это на Вас, Александр Владимирович.
— Сколько раз просил без твоего этого Выканья, — вздыхает он, закатывая глаза. — Де…, то есть Александр Петрович просил одеться поприличнее, а не в спортивную форму, вот и оделся! — пожимает он плечами.
— По Ваш…по твоему рваные джинсы и белоснежное поло — это приличная одежда? — спросила усмехнувшись.
Наш новый учитель физкультуры лишь пожал плечами и посмотрел на меня так, будто я сумасшедшая. Еще бы пальцем у виска покрутил!
— Пойдем уже, а то эту плаксу без нас накажут, — сказал он, кладя свою горячую ладонь мне на поясницу и подталкивая в направлении кабинета директора.
— Её зовут Оля! — в тысячный раз напомнила ему.
— Да какая разница как её зовут! — усмехнулся сосед.
Оказалось, что большая…
Мы с Александром Владимировичем, зашли в кабинет полковника в тот момент, когда концерт под названием «Истерика Смирновой-старшей» только начался. При виде нас, женщина взбеленилась пуще прежнего, и теперь все камни летели в огород не только Александра Петровича, что взял на работу, цитирую — «Недоделанного физкультурника», но и в сторону самого Александра Владимировича.
Всё это время мне искренне хотелось, чтобы хоть кто-то закрыл этой дамочке рот, иначе моё терпение, которое стало прочностью походить на железо, за три года общения с этой женщиной, лопнет как мыльный пузырь.
С Оксаной Вадимовной познакомилась первого сентября. Тогда я была так воодушевленна — новый город, долгожданная работа, мои первые дети и столько планов! Но стоило мне остаться наедине со Смирновой все надежды превратились в пепел, который слишком быстро развеялся по ветру. Нет, я не надеялась, что будет легко, но и не ожидала такого напора со стороны женщины.
— В начальной школе Оленька была отличницей, классный руководитель строго следила за этим, — начала Оксана Вадимовна, а мне в ту же секунду захотелось убраться куда подальше от этой женщины. — Надеюсь, Вы будете так же ответственно подходить к своим обязанностям, — весьма толсто намекнула мне женщина, и буквально всучила в руки красную розу в прозрачной обертке.
Помню, как после выставления оценок за первую четверть Оксана Вадимовна со скандалом пришла ко мне в класс и прямо при детях начала меня отчитывать. В первые секунды настолько опешила, что не могла вымолвить ни слова. Но в кабинет так удачно зашел полковник и своим появлением вывел меня из своего рода транса. Мы все каникулы выясняли почему у ее дочери три четверки — по истории, которую преподаю я; по математике, которую преподаёт Света; и по физкультуре, которую раньше преподавал Игнат Маркович. В итоге девочке всё-таки поставили все пятерки, дотянув ей оценки до спорной (между 5 и 4). Но ведь в итоге мы вновь пришли к прежнему результату — следующую четверть она закончила идентично первой и снова Оксана Вадимовна явилась со скандалом, только пошла она сразу к директору.
Как Вы уже поняли, за эти три года ничего не изменилось…
— Оксана Вадимовна, я прошу Вас успокоиться, — мирно сказал полковник, поглядывая на ухмыляющегося учителя физкультуры.
Да, мой новый сосед не скрывал своего отношения к этой ситуации — его изрядно веселило все происходящие, в отличие от меня. Я была в бешенстве, мне искренне хотелось высказать этой мамаше все, что только думаю о ней, о её методах воспитания и отношении к учителям….НО не имела на это никакого права. Не только как человек, но и как учитель.