РыбНик и Бен-Ганаш лежали вдвоем на песке, занимаясь, как мне показалось в первый момент, перетягиванием каната. Потом я понял, что это был хвост полудемона.
Николай (которому очень мешали его кандалы) корчился и старался удержать Бен-Ганаша, обвивая хвостом лодыжку пирата. А тот неумолимо полз по песку к своей сабле, валяющейся метрах в пяти: улетела, наверное, когда полудемон его дернул и повалил.
Бен-Ганаш явственно побеждал. Пятнадцатый уровень против первого! Возможно, он и кулаками мог бы забить скованного противника, невзирая на разницу в их комплекции... Но я появился вовремя.
Увидав упыря, выскочившего из зарослей, в которых исчезли оба его напарника, Бен-Ганаш поднял худые руки: сдаюсь, мол!
...А победа-то была пиррова. Меня шатало из стороны в сторону, маны осталось на пару вспышек. Здоровье почти закончилось и выносливость тоже. Эльфийка, я полагаю, была в таком же виде. На полудемоне кандалы.
— Сними с него оковы, ничтожество! — рявкнул я на пирата, копируя манеру общения тутошних NPC, облеченных властью, и стараясь, чтобы он не заметил, насколько мне худо.
Впрочем, Ганаш со страху уперся в песок лбом, выражая почтение и покорность, и на меня не смотрел.
— Ключ от оков почтенного РыбНика находится у капитана Хызыра! — провыл он, не подняв головы. — Не губите бедного Бен-Ганаша. Я готов служить повелителю упырей!
Хм… ничего себе восточная лесть — повелитель упырей. Действительно, зачем размениваться на мелкие комплименты. А между тем капитан Хызыр, есть у меня подозрение, уже спешит к нам на крики...
— Внемли мне, жалкий слизняк.
...Пригождается школа Ламиа, ничего не скажешь.
— Отправляйся навстречу своему глупому капитану и скажи ему, что полудемона с бараньей башкой приведут через полчаса. А ты орал, потому что тебе показалось, будто увидел призрак капитана Гвоздя. ...Ты все понял?
— Я понял, о величайший из ночных хищников! — Бен-Ганаш повернул голову и теперь поглядывал на меня одним глазом. В его косом взгляде мне почудилось некое недоверие. — На разве падишах всех кровососов не собирается сам отправиться навстречу ничтожному капитану Хызыру, чтобы сожрать его, как и всех остальных, приплывших на корабле?.. Время снова пришло, Бен-Ганаш чисто выполнил свою часть уговора, и ему было за это обещано продление жизни…
Вот это поворот.
Я шагнул к распростертому на песке пирату и ногой наступил ему на тощий затылок: нечего пялиться.
— Что и когда я собираюсь сделать — не твоего ума дело, Бен-Ганаш! Смотри, чтобы корабль не отошел от острова, а еще, кстати, можешь проявить свою верность делом — и выпустить того гнома, которого капитан захватил вместе с ним, — я показал в сторону полудемона, напряженно слушающего наш диалог. — Тогда тебя ждет дополнительная награда!
Пират попытался кивнуть, и я убрал ногу. Не поворачивая к нам головы, он принял позицию низкого старта.
— А теперь беги! Не оглядывайся! ...Саблю оставь! — рявкнул я в спину незадачливому миньону, улепетывающему вдоль берега.
И обернулся к Николаю:
— Как ты? Бежать сможешь? Магия у тебя есть? Лечебная?
— Только идти, — поморщился тот, с трудом поднимаясь с песка. — Магией не могу пользоваться, пока в кандалах. Да и без посоха я.
Я присмотрелся:
Рабские оковы
Класс предмета: обычный
Прочность: 76 %
Особое свойство: “Не надейся на магию!” Блокирует магические способности
А самое неприятное — что цепь на ножных оковах не позволяла РыбНику сделать широкий шаг, он мог только лишь семенить.
— Погоди… — подобрав покрытое ржавчиной оружие Бен-Ганаша и подсунув какой-то камень под цепь, я взмахнул клинком.
…Треньк!
Сломанная абордажная сабля
Урон: нет
Класс предмета: обычный
Прочность: нуждается в починке
Прочность оков снизилась только на пару процентов. Плюнув, я отбросил обломок.
— Ок, пошли. Там Мари в кустах, раненая…
Но эльфийки в зарослях не оказалось.
А был там филиал живодерни.
Тело первого из близнецов было полностью освежевано и подвешено на ветвях, а кожа расстелена по поляне, приколотая к земле двумя ятаганами. На спине было выведено каллиграфически: “Поторопись”.
Из тела второго были извлечены внутренности и сложены пирамидкой. На вершине — человеческий глаз. Рядом — отсеченная кисть руки, указательный палец которой был красноречиво направлен вглубь леса.