– Арфа, снаряды получатся дороже золота! – мрачно посетовал Павел.
– Фигня, если дело того стоит, я готова вложиться в производство. Вернёмся в Фландр и там построим заводик. Будем клепать пушки и зенитки. А может и пулемёты. Там вообще никаких проблем, просто отливать болванки определённого калибра…
– И малейшая погрешность разорвёт ствол, – сообщил Павел.
– Будем делать мягкую оболочку с прочным сердечником, – отмахнулась Арфа. – И вообще, что ты потеешь? Я же не говорю, что нужно это сделать вчера! У тебя будет время, чтобы всё как следует протестировать и наладить производство. Поручим это дело Тайре. Она дотошная и внимательная к мелочам. А мы с вами будем пользоваться плодами её трудов! Правда же я хорошо придумала?
– Арфа, ты неподражаема! – воскликнул Павел.
– Ну да, я такая! Любите меня и восхваляйте! Я заслужила!
Более недели понадобилось Павлу, чтобы заказать и установить механизмы для поднятия парусов. Мало того, Сергей предложил поставить треугольный кливер на носу. В общем, возились долго, но когда всё протестировали, стало ясно, что отпала необходимость в большой палубной команде. Хотя капитан фрегата решил со временем делать семь ярусов, а так же натянуть между мачтами треугольные паруса, так называемые стаксели.
Впрочем, на данном этапе никто не замахивался на тюнинг – Арфа материлась как сапожник и требовала убраться из империи, пока она не свернула шею какому-нибудь аристократу из правящего рода.
А потом произошло занимательное событие – Мидас Гарант в спешном порядке эмигрировал в королевство Остит под крылышко короля Луидора II. Мало того, он прихватил с собой вдовствующую императрицу Тулию и внука Дайка вместе с чёрным драконом. Однако крылатый огнемёт оказался умнее, чем предполагали и под шумок смылся с летучего корабля. Его не остановил командный оклик напарника и Шау-Шаид в ускоренном порядке помчался обратно в империю Дайкири.
Никто не понимал, что произошло, и почему Мидас отказался от борьбы за власть. Вроде у него всё под контролем. Да, несмотря на поражение в поединках, два дракона быстро встали в строй. И хотя один из напарников пролежал несколько дней у лекарей, это не сильно сказалось на боеспособности самих драконов.
Ходили слухи, что Эрик сын Артека расписывал бой с драконоборцами во всех подробностях, и многим аристократам понравилась решительность принцессы Ренаты. Начали звучать шепотки, что она, в отличие от малолетнего Дайка, не побоялась выйти против врагов. Раз уж она действует, как настоящий воин, почему бы не возвести её на трон?
Кое-кто делал предположение, что Мидас решил проявить мудрость и не бросать империю в пламя гражданской войны. В общем, ходило много различных слухов и теорий, а правду знала только эльдара Наяна, нарисовавшая план этажей, и Арфа, непосредственная исполнительница авантюры. Всё дело в том, что как-то ночью в охраняемый дворец забрался гость в чёрном балахоне с маской. Он, а если быть точнее она, проникла в покои Мидаса и остригла ему бороду, а на подбородке написала чернилами:
«Корона или жизнь?»
Утром Мидас проснулся и, увидев в зеркале послание, осознал, что его смогут достать где угодно. Проведя экстренное совещание с дочкой и внуком, богатейший человек империи снарядил корабль и отправился к деловому партнёру в королевство Остит.
Ренату собрались возвести на престол, и назначили дату коронации. В связи с тем, что отменились боевые действия между драконами двух фракций, в высших эшелонах власти решили аннулировать помолвку Дарины и Тайрана.
Молодому архимагу прислали письмо, в котором сообщили, что традиции рода Дайкири не позволяют мешать чистую кровь с простыми людьми, а значит, ему не стоит ждать невесту у алтаря. В качестве извинений передали право собственности на фрегат, а так же добавили какую-то малоценную побрякушку, называемую «Медаль за отвагу».
Так же между строк намекнули, что он не сказать, что персона нон-грата, но всё равно его присутствие нежелательно в столице.
Когда Арфа читала послание, у неё наворачивались слёзы умиления. Золотце с удивлением взирала на подругу и полюбопытствовала:
– Ты почему плачешь?
– От радости за свободу Тайрана! Они так мило расписали героические подвиги, что я, не знай его лично, подумала бы, что речь идёт о каком-то святом паладине! Щедрый, благородный, духовный! Нет, ну надо же, Тайран у нас духовный! Самоотверженный! Поганец самоотверженно убегал от двух дракониц, чтобы те не распустили его на ремешки.