Выбрать главу

Вспомнив о кольце, он решил, что в данной ситуации ему не помешает подмога и разведка, поэтому вызвал из подпространства трёх каменных истуканов. Вручив двоим из них по маленькой метиске, Игорь поджёг масло и плотно прикрыл дверь – когда пламя сожжёт весь кислород, оно затаится, и как только откроют дверь в подвал, вырвется на свободу, сжигая того, кто сюда пришёл. А учитывая то, что порядочные люди не пользуются статусом «особых гостей», можно не переживать, что убьёшь добропорядочного семьянина.

Чтобы никто случайно не наткнулся на толпу полуголых девиц, Игорь отправил одного истукана на разведку и дал команду: брать в удушающий захват и аккуратно усыплять.

Получив подтверждение, что снаружи всё чисто, Игорь покинул территорию борделя. Ему на ум пришло сравнение пастуха и отары овечек, а потом мысли слегка сместили акценты и он представил себя жеребцом, бегущим впереди табуна кобылок.

Двигаясь через парк, они, не попавшись на глаза городской страже, вышли на границу между кварталами аристократов и торговцев. В памяти опять всколыхнулись воспоминания наставника – где-то неподалёку обитал его приёмный сын Виктор. Сейчас в трёхэтажном особняке должны жить его жёны и кое-кто из друзей. Если передать бывших рабынь этому без сомнения благородному ловеласу, можно считать, что миссия по усыплению совести прошла успешно.

К величайшему сожалению Игорю не удалось точно определить, какой из домов принадлежит Виктору ли Карадрак, а сдавать девушек неизвестно кому, по меньшей мере неразумно. И вот тут Игоря посетило очередное озарение – Перисар сын Агласара. Рыжебородый купец ведёт дела с драконом Георгом, а тот не привечает работорговцев, значит, существует вероятность, что девушки будут в относительной безопасности.

«Когда мы шли сюда, Перисар показывал арендованный особняк. Это почти рядом. Почему бы не рискнуть?» – подумал Игорь и свернул налево.

Глава 27

– И зачем я зашёл к меняле и увидел золотые монеты? Сейчас бы возлежал дома на подушках и вкушал щербит, – причитал Перисар сын Агласара.

Учитывая то, что рыжебородый купец лежал на диване и действительно поедал какой-то десерт, Игорь улыбнулся уголками губ и произнёс:

– Зато ты стал богаче на тысячу дубаров.

– Это сумма ничтожна по сравнению с загубленной репутацией кристально-честного человека. Думаешь, она возместит убытки, если уважаемые люди откажутся вести со мной дела? Где это видано, чтобы один купец укрывал имущество собрата по ремеслу! Когда проведут расследование происшествия, шакалы из управы внутреннего покоя обязательно найдут грабителя и выйдут на меня! Тебе-то что, ты просто уедешь, а мне вести здесь дела!

– Переправь их к дракону Георгу. Всё! Больше от тебя ничего не требуется.

– Думаешь, это так легко? Полторы дюжины девиц не так-то просто укрыть от всевидящего ока правосудия! – заявил Перисар. – Хотя…

– Сколько? – тяжело вздохнул Игорь.

– Дело не в деньгах, а в чемпионке арены. Если бы она дождалась отбытия каравана, я бы чувствовал себя более уверенно.

– Неужели на Великом Торговом Пути пошаливают разбойники?

– Не совсем. Всё дело в конечном отрезке. Перед тем как добраться до дома Георга, нам придётся идти мимо территории императрицы Сердцеедки и её стаи драконов.

– И в чём проблема? Они могут напасть?

– У меня договор с Георгом. Он цивилизованный вожак, а дети императрицы слишком дикие и уважают только силу. Если они появятся, мне не удастся сохранить товары, которые я приготовил для Дома Драконов. А завидев Кровавую Гриду, дети Сердцеедки не посмеют вести себя неуважительно, – пояснил Перисар.

В голове снова распаковался архив данных, заложенных наставником Могучим. Память услужливо подсказала, что Грида тоже дракон, а сам рыжебородый купец один из первых обладателей печати «друг драконов».

– И вот вопрос, на что ты надеешься, предлагая мне уговорить чемпионку?

– Ты вроде неплохой воин. Если вызовешь её на поединок и поставишь условие, что не погибнешь за минуту, значит, она проиграет пари и сопроводит караван к Георгу.

Игорь изогнул домиком брови, округлил глаза и уточнил:

– Я не ослышался? Ты сказал: «Не погибнешь»? То есть ты хочешь, чтобы я лез в бой без единого шанса на победу?