— С последней войны с Дикими.
Война 1738 года, которая закончилась захватом трёх новых диких. После того, как Лион пленил почти дюжину колдунов и приспешников Магов и убил их лидера, Элемента, потребовал мира. И получил его. Почти двести семьдесят лет две расы жили в иллюзии гармонии, в основном игнорируя друг друга. Холодная война больше не была таковой.
Пэн наблюдал, как Скай кинула полотенце и взяла с крючка синее платье.
— Как давно ты здесь живешь?
— Не знаю. — Она надела платье. — В этом месте время не имеет значение.
— Ты здесь родилась?
— Нет. Когда мне было восемь, Бирик забрал меня у матери, сделав своей ученицей. Он тоже заклинатель, но не такой сильный, как я. В основном он умеет управлять змеями. — Она слабо нахмурилась, намекая на нрав, который он не замечал ранее. — Он учил меня, направлял и тянул мои силы для своих нужд. С тех пор я не покидала горы.
— Что последнее о событиях мира ты помнишь? Когда тебя привели сюда, ты знаешь, что происходило в мире?
— Они послали человека на орбиту Земли и хотели долететь до Луны.
— Это было в 1960 году. Ты пробыла здесь около сорока лет и все еще так молода.
Она выгнула бровь, в ее глазах явно мерцал вызов.
— А ты старше?
Удивив самого себя, Пэн улыбнулся.
— Мне почти четыре сотни.
Скай улыбнулась в ответ, так ярко и весело, но лишь на мгновение, затем улыбка угасла. Но этот момент, озаривший ее черты, для Пэна стал ударом поддых.
Скай всунула руки в рукава платья и подошла к нему. Ее природная грация вернулась в полном объеме.
Но когда она остановилась рядом, не смотрела Пэнтеру в глаза. Влажные волосы делали ее черты еще более хрупкими, от чего она походила на молодое деревце во время бури. Необходимость защитить Скай яростно пробудилась в Пэне.
Она, наконец, подняла задумчивый взгляд бездонных глаз на него, защемив душу и сердце Пэна.
— Я уже давно ни с кем не разговаривала. Точнее не разговаривала с тем, кто отвечал симпатией. — Наклонившись, она нежно коснулась губами его груди, в которой бушевала буря необъяснимых чувств.
— Спасибо, — тихо добавила Скай.
Он посмотрел ей прямо в глаза.
— Всегда, пожалуйста.
Повернувшись, она пошла к выходу
— Куда ты… Скай.
— В леса. — Она бросила на него задумчивый взгляд через плечо. — Мне нужен лес. — Убежище и защита, которые Пэн предоставить не мог.
Когда она исчезла за углом, он еще долго смотрел на пустой проем. У него были сотни проблем, но думать он мог лишь о ней. О Скай.
Без сомнения, он был очарован. Но вот магически ли?
Или женскими чарами?
Несколько часов спустя, Скай покинула лес и вернулась в пещеру, ведя с собой очередную олениху и толстенного сурка. Хотя впереди еще день, ей необходима была компания зверей. Скай спускалась по лестнице в пещеры, над ее головой летали два ворона, а вокруг ног прыгали белки.
Опустив сурка, она скользнула на кухню, чтобы захватить немного еды для своего дикого. Она понимала, что он был голоден, но никогда не попросит еды. И она, почему то, ощущала жгучую потребность принести ему что-нибудь. Подарок за его доброту. Конечно, это не то, чего бы он хотел, она просто не могла его освободить, но еда подойдёт. Она завернула пару толстых кусков оленины в две холщовые салфетки и положила по куску в каждый карман своего платья.
Вновь взяв сурка на руки, она повела свой маленький отряд дальше по коридору, а затем вниз по лестнице, которая пронизывала всю скалу. По пути она увидела Бирика, разговаривающего с двумя колдунами и диким, Вайпером, и ее сердце замерло. Олениха, почувствовав ее страх, прижалась к ее бедру. Как всегда, она попыталась пройти мимо, не привлекая к себе внимания, но Бирик грубо схватил ее за руку, скинув сурка. Зверек с шумом приземлился на лапы, запищал, но стоило Бирику кинуть на него взгляд, как сурок тут же спрятался за Скай
— Сработало, — холодно произнес Бирик.
Скай кивнула, лишь на секунду удержав взгляд мужчины, прежде чем отвернуться, изо всех сил стараясь не задрожать.
Вайпер мрачно рассмеялся.
— Я же говорил. Пэнтер рыцарь, готовый прийти даме на помощь. — И посмотрел на ее бедра. — Я чую еду. Несешь ему обед? Награда за отличную службу?
— Да. — Она на секунду подняла на него взгляд, замечая ту же холодность, что была в глазах каждого изо дня в день. Каждого, кроме Пэнтера — ей так нравилось его имя — в его глазах она видела жар. Жар ярости или страсти.
Вайпер кивнул, подняв уголку губ в ледяной ухмылке. Дикий был высок, выше Бирика на добрых шесть дюймов.