«Но, матушка-природа, я не хочу умирать».
Когда Пэнтер спустился с Эванжелиной вниз, Лион открывал дверь Шаману. Видно было, что вошедшему мужчине не больше пятнадцати, одетый в белую рубашку и чёрные бриджи из ушедшей эпохи. Кивнув Лиону, Шаман посмотрел на Пэнтера. В его глазах читалось слишком много древних знаний для столь юного лица.
Шаман кратко ему кивнул.
— Воин.
— Шаман. — Из горла Пэнтера вырвался рык. — Сними эти чёртовы оковы.
— Сделаю, что смогу.
Пэнтер и Шаман направились в гостиную. Как и в каждой комнате дома диких здесь висело множество картин маслом, датированных серединой девятнадцатого века. Пэнтер сел в одно из мягких кресел, а Шаман опустился перед ним на пуфик, взял руку Пэнтера и положил тонкие пальцы на поручень. После чего закрыл глаза и начал распевать себе под нос на языке, которого Пэнтер не знал, но слышал от Шамана прежде. Текли минуты… долгие и напряжённые минуты, в которые Пэнтер забыл, как дышать, напрягаясь всем телом и моля, чтобы магия Шамана сработала.
Когда Шаман открыл глаза и поджал губы, Пэн захотел завопить от гнева.
Шаман покачал головой.
— Извини, воин. Магия очень-очень сильна. Мне нужно провести больше исследований, чтобы найти другой способ.
Пэнтер закрыл глаза, сдерживая ярость, подпитываемую разочарованием. Ему необходимо вернуть способность перекинуться в зверя! А пока на нём кандалы, он пленник Мага.
Он посмотрел Шаману в глаза.
— Ведьма в тюрьме. Лион хотел, чтобы ты связал её магию.
Шаман сильнее сжал губы и кивнул. Как и для Пэна, для Шамана судьба припасла нападение Магов. В тот момент он был юн и после перестал взрослеть. Хотя, он один из старейших Териин, выглядел, как подросток и всегда будет так выглядеть. Пэнтер встал и проводил Шамана в фойе, где их ждал Лион, скрестив руки на груди. Когда они вошли, Лион посмотрел на кандалы, и на его лице появилось угрюмое выражение.
— Не повезло, — отрезал Пэнтер.
— Как только Шаман свяжет ведьму, приведи её в оперативный центр.
Пэнтер кивнул.
— А что потом, Ро? Она должна быть на ответственности кого-то другого. Со мной всё сложно.
Лион бросил на него упрекающий взгляд.
— Я думал, ты очистил себя.
— Да. Поэтому и хочу, чтобы кто-то другой смотрел за ней после этого.
Лион осмотрел его тяжёлым взглядом, затем кивнул.
Пэнтер вёл Шамана по винтовым лестницам и через подземные камеры. Когда они добрались до тюрьмы, Скай поднялась с присущей ей грацией и посмотрела прямо на них, гордо вздёрнув подбородок. В её глазах он увидел смесь мужества и отчаяния, как будто она ожидала худшего, но была готова столкнуться с чем угодно. И то странное влияние, которое Скай имела над ним, пробудило в Пэне желание подойти и обнять её, успокоить, сказать, что всё будет хорошо. Но он не мог успокоить её, даже если бы хотел. В доме диких ведьмы недолго жили. И не без причины.
— Она не связана. — Шаман отступил назад. — Я не подойду к ней, пока её не свяжут.
Скай поджала губы и отвернулась. Пэнтер открыл дверь клетки и схватил одну из длинных верёвок, на которых планировал её подвесить. Скай завела руки за спину, не сопротивляясь. Как только он коснулся её кожи, тело тут же отреагировало. Он весь напрягся и подобрался, будто не кончил только что в ванной. Зверь внутри Пэна хотел тереться о её волосы и прижаться к её великолепным изгибам. Руки чесались прикоснуться к тем местам, куда падал взгляд. Он сильнее необходимого затянул верёвку. Лишь от прикосновения по его телу опаляющей и дикой волной пронеслось желание. Богиня, что она с ним сделала? Скай повернула голову, и Пэнтеру пришлось изо всех сил сдерживаться, чтобы не прижаться губами к нежной коже изящной шеи. А затем провести языком и прикусить. С рычанием глубокого разочарования он закончил связывать её и вышел из камеры, позволив Шаману занять своё место. Шаман наблюдал за ней с теплотой, приготовленной для шипящей кобры. От отвращения его глаза потемнели, пока он продолжал кружить вокруг ведьмы, повторяя заклинание связывания.