– Дела продвигаются так, как и ожидалось. – Оуэн зевнул и провел ладонью по волосам.
– И тем не менее ты продолжаешь пьянствовать ночи напролет, вместо того чтобы ухаживать за вышеозначенной леди?
Оуэн помассировал шею.
– Нет, напротив. Вчера я ездил на бал, чтобы повидаться с нею, и только потом отправился развлекаться. – Да, он действительно пил до рассвета, пытаясь выбросить из памяти образ Александры, танцующей с виконтом Беркли.
– Не слишком остроумно, – проворчал отец.
– У меня есть причины считать иначе.
Граф снова дернул за лацканы своего сюртука и опять прошелся по комнате.
– Ты ей нравишься? Она проявляет к тебе интерес?
– Задача оказалась невыполнимой, – пробурчал в ответ Оуэн. – Эта девушка – настоящая сосулька. Наверное, следует сказать ей, что вы уже спланировали нашу свадьбу и…
– Нет-нет! – воскликнул отец. – Ты должен сделать так, чтобы она влюбилась в тебя.
Оуэн помассировал виски.
– Поверь, это легче сказать, чем сделать.
И вновь многострадальные лацканы графа подверглись пытке.
– Сын, что с тобой случилось? Может, утратил веру в себя? Но ты ведь был таким самоуверенным всего две недели назад…
– Я пытался ухаживать за драконом, – со вздохом пробормотал Оуэн.
– Не смей оскорблять эту девушку, Оуэн. А теперь послушай…
– Отец, если ты так стремишься породниться с семьей герцога, – почему бы мне не ухаживать за леди Александрой Хоббс вместо Лавинии? Она – ее младшая сестра.
Глаза графа округлились, а лицо покрылось багровыми пятнами.
– Леди Александра?.. Но это же нелепо! К тому же… Ведь герцог твердо решил, что сначала выдаст замуж старшую дочь. Так что на ней ты и женишься.
– Не понимаю, почему он так настаивает на этом. Лавиния просто ужасна…
– Но ты, Оуэн, и сам не очень-то… И вообще, ты должен почитать за честь, что герцог согласился принять тебя в свою семью. С твоей-то репутацией…
– Не говоря уж о моей позорной учебе в Харроу, не так ли?
Граф вздохнул и опять прошелся по комнате.
– Я думал, что хотя бы в этом на тебя положиться, Оуэн. Ведь от тебя требовалось только одно – очаровать девушку. Неужели так трудно?
– Отец, не волнуйся. У меня все под контролем. Потому что я получил… помощь.
Кустистые брови графа взметнулись на лоб.
– Получил помощь? Какого рода?
– Я попросил кое-кого из близкого окружения леди Лавинии рассказать мне о ее пристрастиях. И теперь я удвою свои усилия. Так что через две недели ты получишь то, что хотел.
Граф с подозрением взглянул на сына, но все же вздохнул с некоторым облегчением.
– Ладно, хорошо. Только выполни свое обещание, Оуэн. Мы все на тебя очень рассчитываем. Не подведи меня, сын. Хотя бы на этот раз.
Дверь клуба «Брукс» отворилась, и лакей с поклоном пригласил Оуэна войти.
– Добрый вечер, милорд, – произнес он, забирая у гостя шляпу.
Оуэн осмотрелся по сторонам. Хм… Для вечера среды в клубе было довольно многолюдно.
– Вы не видели герцога Кларингтона или графа Свифтона? – спросил Оуэн.
– Кажется, они в голубой гостиной, милорд, – ответствовал лакей.
Оуэн прямиком направился туда. В голубой гостиной он обнаружил Кларингтона, Свифтона, Кавендиша и еще одного джентльмена, являвшегося… абсолютной копией Кавендиша. Все четверо беседовали, смеялись и потягивали бренди.
– А, Монро, вот и ты, – произнес Свифтон, поднимаясь со своего места, чтобы похлопать шурина по спине. Он указал на свободное кресло. – Присоединяйся, приятель.
– Рад видеть тебя, Кларингтон. – Оуэн опустился в кожаное кресло. – Должен сказать, я немного удивлен, Кавендиш. Ведь вас – двое…
– Ты не знаком с моим братом-близнецом Кейдом? – Кавендиш указал на брата.
– Нет, кажется, мы никогда не встречались. – Оуэн пожал руку брату капитана.
– Для меня огромное удовольствие познакомиться с еще одним обладателем голубой крови, – произнес Кейд, и Оуэн заметил, что его брат чуть поморщился. Он знал о брате Рейфа Кавендиша лишь то, что тот недавно вернулся из странствий по морям. Судя по всему, все это время Кавендиш считал брата покойником.
– Я тоже рад знакомству, – ответил Оуэн, поудобнее устраиваясь в кресле.
– Как продвигаются дела с твоей помолвкой? – поинтересовался Кларингтон, подзывая лакея, чтобы тот принес Оуэну бренди.
– Как вы уже мне говорили, с этой леди весьма… непросто.
– Жаль это слышать, – произнес Свифтон. – А ты не можешь честно рассказать ей о том, что ваши родители желают этого брака?
– Мне бы очень этого хотелось. Но все оказалось гораздо сложнее, – ответил Оуэн, откинувшись на спинку кресла.