– Это еще не совсем официально, – перебила Лавиния, и теперь ее голос источал ледяной холод.
Алекс внимательно посмотрела на сестру. Казалось, та была в ярости. Что ж, замечательно!
– Не совсем официально? – Александра вскинула брови. – Но раз есть объявление в газете, то все вполне официально, разве не так?
Лавиния хлопнула в ладоши, и ее губы исказила гримаса.
– Прошу простить нас, мадам, – проворчала она.
Модистка и ее помощница обменялись взглядами.
– Да-да, конечно, миледи. – Француженки поспешно покинули гардеробную и закрыли за собой дверь.
Александра подошла к сестре и, скрестив руки на груди, тихо проговорила:
– Извини, я не знала, что все это – «не совсем официально». В противном случае я не стала бы говорить о свадьбе в присутствии модистки.
В глазах Лавинии вспыхнула злоба.
– Я хотела сказать совсем не это. Я…
– Нет, Лавиния, ты все прекрасно знаешь, – перебила Алекс.
Лавиния в растерянности захлопала глазами, а ее младшая сестра продолжала:
– Но и я кое-что про тебя знаю. Знаю, например, что ты – самая настоящая гадюка, злобная змея.
Рот Лавинии приоткрылся, а лицо побагровело.
– Как ты смеешь?! – взвизгнула она.
И тут Александра пристально посмотрела сестре в глаза и, тоже повысив голос, проговорила:
– Нет, как смеешь ты?! Как ты смеешь мне лгать?! Как смеешь быть такой подлой?! Да ты просто воплощение зла! Оуэн никогда не хотел на тебе жениться. И уж конечно не делал тебе предложения. Зачем ты это сделала? Потому что влюбилась в него? Или потому, что не можешь без него жить? Нет, ты сделала это лишь потому, что поняла: ему нужна я. А такого ты не смогла пережить. Ты ужасно эгоистичная, ты злобная, завистливая и подлая, поэтому заслуживаешь того, чтобы всю свою жизнь провести в одиночестве.
Глаза Лавинии приобрели совершенно безумное выражение, а красивое лицо исказила ярость.
– Ты никогда не ценила меня, противная маленькая мерзавка! – завопила она.
– Разумеется, я не могла ценить твое отвратительное поведение, – заявила Алекс. – Но я никак не могу понять, зачем ты солгала мне, хотя прекрасно понимала, что со временем я все равно все узнаю. Ты ведь с самого начала знала, что не выйдешь замуж за Оуэна, верно? Как же ты собиралась продолжать эту свою ложь?
Лавиния вскинула подбородок и презрительно фыркнула.
– Я уверена, что он на мне женится, – сказала она. – Отец позаботится об этом.
Алекс со вздохом пожала плечами. Неужели ее сестра могла быть такой наивной? Или она просто глупа?
– Нет, Лавиния, ты ошибаешься. Он уже сказал отцу, что не женится на тебе. Ты, наверное, сошла с ума.
И тут Лавиния с громким визгом схватилась за подол своего платья и принялась рвать его в клочья. Потом швырнула обрывки ткани в Александру и закричала:
– Я не сумасшедшая! Он обязан жениться на мне! Мой отец – герцог, а я… Я всегда получаю то, что хочу! – Лавиния снова завизжала, а глаза ее метали молнии.
Внезапно дверь гардеробной отворилась, и на пороге появилась герцогиня.
– Лавиния, успокойся, прошу тебя! – воскликнула она.
Старшая сестра затопала ногами и снова закричала:
– Скажи ей, мама! Скажи, что лорд Оуэн на мне женится!
Однако герцогиня покачала головой.
– Нет, Лавиния. Это неправда. Я всегда подозревала, что слишком уж избаловала тебя, что во вред тебе же потакала каждой твоей прихоти. Но я даже не догадывалась, что ты стала такой ужасной…
– Мама! – Лавиния вцепилась в собственные волосы и завизжала так, что ее визг наверняка услышали и лошади в королевской конюшне. – Мама, мне все равно, что ты говоришь! Я все равно выйду замуж за лорда Оуэна! – Девушка бросилась на пол и принялась кататься по обрывкам ткани. – Выйду, выйду, выйду!.. – вопила она.
Герцогиня спокойно подошла к дочери и внимательно на нее посмотрела.
– Лавиния, поднимайся. И не выставляй себя на посмешище. Я терпела твои выходки так долго, поскольку чувствовала себя виноватой из-за болезни, едва не стоившей тебе жизни. Но больше я терпеть не стану. Не стану тебе потакать. С тобой невыносимо находиться рядом.
Лавиния перестала визжать и, перекатившись на спину, уставилась на мать. Ее волосы растрепались, а лицо покрылось красными пятнами.
– Поверить не могу, что ты приняла сторону этой серой мыши, – заявила она, гневно взглянув на Александру.
Герцогиня тяжко вздохнула.
– Да, пришло время принять ее сторону. Она на протяжении многих лет вынуждена была терпеть приступы твоего гнева. И не только я приняла ее сторону. Мы с твоим отцом уже решили, что она вольна выйти замуж за лорда Оуэна независимо от твоих матримониальных планов. Александра не должна страдать и дожидаться, когда кто-то действительно захочет жениться на тебе. Учитывая твой отвратительный характер… Полагаю, ей пришлось бы ждать до самой смерти.