Но как любила повторять моя мама:
«Ничего хорошего не происходит после 2-х часов ночи».
Используя систему отслеживания GPS, которую я установил в телефон Лекси, я к удивлению нахожу ее в сомнительном баре, который я раньше частенько посещал по ночам. То есть, причина по которой я был там завсегдатаем, была в том, что сюда приходила Лекси со своими друзьями.
Ведь это так легко наблюдать за кем-то, когда этот кто-то находится рядом с тобой большую часть времени. Мне больше нет необходимости наблюдать за Лекси. Кроме того, Лекси вблизи намного лучше Лекси вдалеке в любой день недели.
Сидя в баре, разглядывая пустые стопки, выстроенные перед ней, она прячет свои эмоции, и как кажется, чисто на автомате болтает с парнем по соседству. Я резко дергаюсь вперед в гневе, когда вижу, как парень закинул руку ей на плечо и двигаюсь, пока не оказываюсь прямо позади нее.
- Вставай, Лекси. Мы уходим. - Говорю ей, обнимая ее за талию.
Она поднимает глаза, и выражение ее лица выдает ее боль. Изо всех сил стараясь вырваться из моих рук, она произносит нечленораздельно: - Неа. Я не пойду с тобой. Я останусь здесь. Останусь с.... - она отводит взгляд и смотрит на парня умоляющими глазками. Он хихикает: - Бред.
Она заявляет: - Я останусь здесь с Бредом.
Сжимая сильнее руку вокруг нее, я подношу губы к самому ее уху: - Ты не останешься. Ты поедешь домой.
Ты поедешь домой? Я хотел сказать "ко мне". Это... Я даже не хочу анализировать это прямо сейчас. У меня есть дела поважнее.
Высвобождая свое запястье из моей руки, ее глаза пусты, а ее голос становится ледяным: - Я не хочу идти с тобой. Ты - яд.
В моей груди появляется резкая острая боль.
Ну дерьмо. Это чертовски жалит. Сильно. Это не ложь, но все равно больно.
Я никогда не умолял никого раньше. Никогда в жизни. И я абсолютно уверен, что не собираюсь делать этого сейчас. Сохраняя спокойствие, я издаю смешок: - Малышка, что ты думаешь, ты делаешь в этом месте? Это место...оно не для таких как ты.
Что я не сказал - это: " Ты слишком хороша, чтобы сидеть здесь. Подобные заведения вытягивают все хорошее, что есть в тебе и притупляют твой блеск. А мне нравится твой блеск.
Уставившись на мою грудь, она делает шаг ко мне и обиженно шепчет: - Я здесь, чтобы позволить Бреду трахнуть меня. - моя щека дергается, а голова взрывается. Она делает еще один шаг ко мне и добавляет: - Он будет трахать меня. Трахать меня, пока я не забуду тебя. Пока я не забуду, что когда-то встретила тебя. Он поможет мне стереть тебя из моей памяти, а мне нравится не думать о тебе. - Она смотрит мне в глаза, и повторяет шепотом: - Ты - яд.
Мое терпение лопнуло.
Беру ее за локоть и притягиваю к себе, в это время мудак Бред встает и начинает говорить: - Хэй! Отпусти ее! Она не хочет идти с тобой. Ты слышишь....
Завожу руку за спину и вытаскиваю из джинсов свой пистолет и направляю его прямо между его бровей. Он быстро отступает с поднятыми руками, и натыкается на стул.
Но я пока не могу отступить. Унизить его, вот что мне нужно. Мне нужно, чтоб он запомнил. Что, конкретно? Я не уверен. Но я хочу увидеть его страх.
Лекси тянет меня за локоть и спокойно, побеждено говорит: - Окей Твитч. Ты выиграл. Я пойду с тобой. Оставь его в покое и мы уйдем, малыш. Только ты и я.
Теперь моя очередь высвободить свой локоть из ее ослабленного алкоголем захвата. Делая два больших шага, я прижимаю ствол пистолета к его лбу. Я слышу как он хныкает и это наполняет меня острыми ощущениями. Тепло разливается по всему моему телу. Наклоняюсь ближе к нему, стискиваю зубы и тихо говорю: - Ты хотел что-то сказать мне, умник? Так бл*ть говори.
Бред начинает трястись, и я чувствую на себе взгляды. Скорее всего, все посетители бара уставились на нас. К счастью я знаком с барменом. У нас с Джимми были кое-какие делишки вместе. Я знаю, что он понимает, что я отдаю себе отчет в своих действиях.
Я даю ему целых 30 секунд на ответ, прежде чем шепчу: - Ага, так я и думал. - И отхожу от него. Засовываю кольт обратно за пояс, подхожу к Лекси, оборачиваю руку вокруг ее плеч, и притягиваю к себе. Ее рука скользит вверх до середины моей груди, и она сжимает мою рубашку в кулаке: - Пошли, малыш. Пошли. - шепчет она.
Поднимаю палец и указываю на дрожащую развалину, т.е. на Бреда, и громко говорю: - Никто не смеет играть с моими вещами. Никому не позволено трогать то, что принадлежит мне. Это...- скольжу рукой вниз к ее попе, демонстративно кладу на нее ладонь и с силой сжимаю. - ...Это мое. Понятно?
Бред - по-прежнему с поднятыми вверх руками - энергично закивал головой, и я уверен, что расставил все точки над "i". Для Бреда. И для Лекси.
Это эгоистично удерживать ее рядом с собой, когда ей хотелось бы побыть одной. Я понимал это. Но я не мог ее отпустить.
Ты нуждаешься в ней.
Мне никто не нужен. Я просто эгоист. По крайней мере, это то, в чем я сам себя убеждал.
- Ты ушла.
Везя Лекси обратно к ней домой, я знал, что нам нужно поговорить о том, что случилось. Эта вся история с наличием у меня подружки зашла слишком далеко. Я повторяю сам себе "Ты ушла, после того как сказала, что не оставишь меня".
Смотря в окно, она отстраненно бормочет: - Ага, ну, я думаю, если ты не смог сдержать свое обещание, то и мне нет необходимости держать свое.
В такие минуты я мечтаю, чтобы мой мозг работал так же как у всех остальных людей.
Глубоко вздохнув, я напрасно пытаюсь угомонить свое стучащее сердце. - Это не...Это не так....Я не это имел в виду, Ангел. Клянусь. У меня никого больше нет. Только ты.
Я терпеливо жду, но она не отвечает. Почему это я думал, что после этих слов она прыгнет в мои объятия, воркуя "Я твоя"?
Глупые фильмы и их абсолютно неправильные сцены выяснения отношений.
Тянусь, чтобы взять ее за руку, надеясь, что она позволит мне. Переплетая наши пальцы, я притягиваю ее руку к моему бедру, и пытаюсь вновь: - Я не привык быть всего с одной женщиной, Лекс. - Она ухмыляется, а я съеживаюсь, понимая (только сейчас), что это не то, что мне следовало сказать. - Что я хочу сказать так это то, что я никогда не посвящал себя только одной женщине. Я всегда избегал отношений, потому что мне не нравится то, к чему они приводят. И наша сегодняшняя ситуация - это явный тому пример.
Она бормочет: - Ты сам говорил это. Ты собираешься сделать мне больно.
Приуменьшая значение моих слов, я пожимаю плечами: - Это должно произойти, малышка. Я уверен, что ты тоже причинишь мне боль. Но это то, что обычно происходит, когда кто-то тебе совсем небезразличен. Все в итоге страдают. - она смотрит своими печальными глазами на меня, и я добавляю: - Но именно это делает конфетку такой сладкой. Если бы все отношения были бы идеальными, представь, как бы скучно всем было. Не говоря уже о занятиях сексом, которое должно быть фан-чертовски-тастическими.
Ее губы дернулись, и я знаю, что достучался до нее. Она поворачивает свое лицо обратно к окну. - Ты чокнутый, - поднимаю наши руки к своему рту, и покусываю ее пальчики: - Я твойчокнутый.
Поворачивая голову, она на полном серьезе спрашивает: - Это правда? - пауза - Ты мой? Толькомой?
Не лгу. – Полностью, - она не выглядит убежденной. Целую тыльную сторону ее руки и говорю то, что не планировал говорить ей: - Я -твоя собственность.
Мы останавливаемся на красный свет, и я поворачиваюсь к ней. Я кладу руки на ее щеки и притягиваю ее к себе. Нос-к-носу, стискиваю челюсть и шепчу с ложным спокойствием: - Но ты не можешь бросить меня. Никогда.
Ее глаза становятся печальными, и я знаю, что она думает, будто у меня проблемы. Она не далека от истины. У меня куча проблем. Она целует кончик моего носа: - Разве ты не понимаешь?
Мои брови ползут вверх, а она улыбается.
Наши губы соприкасаются. Она шепчет: - Ты тот, кто заполняет дыру в моем сердце. - Меня окутало теплом. Мое сердце начинает бешено колотиться. Я испытываю самое лучшее ощущение за всю мою жизнь. Потом она все это портит.