— Золушка, — прошептал Тай.
Делейни вздохнула.
— Поверь, я десять раз на дню думала так же. Конечно, это было смешно. По крайней мере, меня не били… Так или иначе, да.
Тай посмотрел на нее. Наступившая тишина давила. Протянув руку, он погладил ее по волосам.
— Я бы выслушал всё, но не хочу, чтобы тебе стало еще больнее.
— Не… ну… — Глубоко вдохнув, она медленно выдохнула. — Когда мне было шестнадцать, к нам переехал парень моей тетки. — Вот черт. Он боялся, что знал, что последует дальше. — Он сумел держать руки подальше от меня все пять месяцев, но так смотрел. Я знала, что он наблюдал за мной. И спустя два дня после моего семнадцатого дня рождения начал действовать.
Тай сжал руль, сила его гнева удивила даже его самого.
— Он сделал тебе больно.
Она посмотрела на Тая, в ее глазах читалась жесткость.
— Нет. Он облапал меня и попытался поцеловать. Я расцарапала его щеку, а затем заехала кулаком в глаз. — Удовлетворение промелькнуло по ее лицу.
Тай растянул губы в порочной ухмылке.
— Молодец. — Но затем напрягся. — Он мстил?
— Не напрямую. Тетя вышвырнула меня из дома и сказала больше никогда не возвращаться. Я не знаю, что он ей наплел.
— Ты вернулась к отцу.
— Нет. Я не видела его с тринадцати лет. Хотя он приезжал меня навещать, я не разговаривала с ним. Была слишком зла из-за его предательства. — Делейни застонала. — Я была такой невоспитанной.
— Нет. Он заслужил твой гнев. Если мужчина благословлен дочкой, он обязан ее защищать. Не важно как. — Он сильнее сдавил руль, когда резкая боль пронзила сердце. Да, он не лучше отца Делейни. Как долго Амалия плакала по нему? Как долго ненавидела?
— Спасибо, — тихо проговорила Делейни. — Я никогда не прощала его. Может, если бы простила, он присутствовал бы в моей жизни.
Тай посмотрел на Делейни.
— Что же ты делала? Семнадцать лет — слишком рано, чтобы начинать самостоятельную жизнь.
— Устроилась на работу официанткой и сняла комнату у одной леди, живущей ниже по улице. После школы поступила в колледж, твердо намеренная достать человека, повинного в крушении моей жизни, как и других похожих на него. Месть. — Она зевнула. — Как ты и говорил.
— Ты устала. — Тай похлопал по своему правому бедру. — Ложись и поспи, Кареглазка. — Внезапно он обрадовался, что взял седан с большим сидением.
Посмотрев на Тая, она улыбнулась.
— Звучит, как заранее подготовленный сценарий, но я слишком устала, чтобы волноваться об этом. — Она легла на бок и положила голову к нему на колено. — Не знаю почему, я начинаю доверять тебе, — сонно проговорила она. — Ведь не должна.
Он погладил ее по голове.
— Спасибо, что не пристрелила меня.
Делейни застонала от отвращения, заставляя Тая ухмыльнуться, но не потянулась за оружием. Через пару секунд Делейни глубоко и ровно задышала, и Тай понял, что она уснула. Он погладил ее руку, ощущая близость с Делейни и желание защищать ее, что совсем не понимал. Она — человек. Но он не мог припомнить, когда последний раз был настолько с кем-то близок. С кем угодно.
Человек или нет, Делейни — замечательная женщина. Решительная и целеустремленная. Волевая и храбрая. Но не без сострадания. Он видел выражение лица Делейни, когда они наткнулись на три тела в десяти ярдах от статуи Авраама Линкольна. Делейни видела не просто тела. Не просто жертв. Она видела двоих влюбленных, замученных и убитых. Жену, вероятно, и мать, которая не вернется домой к семье. Он почувствовал ярость Делейни за расточительное лишение жизни. Да, может, месть и толкнула ее на работу в полицию, но именно глубокое сострадание к жизни поддерживало ее решимость исполнять свой долг. Нужно не забыть сказать ей об этом. Тай убрал локон волос, который готов был упасть на щеку Делейни, затем поднял и пропустил между пальцев.
Необъяснимым образом Делейни Рэндал стала важна для него. Он хотел обезопасить ее, и чтобы она смогла прожить свою короткую, хрупкую жизнь как можно дольше. Вместе со всем, по чему она скучала и все еще скучает. Дом. Семья. Кошка. От этой мысли Тай улыбнулся, но вновь загрустил. Он ощутил в ней огромное желание любить и от всей души желал ей этого. А еще детей и мужчину, который несмотря ни на что, будет рядом и полюбит ее так, как она заслуживала.
Глубоко в душе Тая поднял голову тигр и зарычал.