После этой операции «способ номер четыре» был принят на вооружение.
Осенью сорок второго года наши разведчики стали сообщать, что в составе вражеских эшелонов, идущих на фронт, появилось необычно много платформ, нагруженных тюками сена и соломы.
Мы, естественно, предположили, что фуражом гитлеровцы маскируют более ценный груз (ведь кавалерийских частей у противника было мало). Сообщили о своих наблюдениях в Москву. А сами попытались поскорее проверить наши предположения.
Однако пустить под откос хоть один эшелон с сеном, чтобы выяснить, что так старательно прячут гитлеровцы, никак не удавалось. Такие поезда проходили обычно лишь днем, а подрывники могли действовать, как правило, только ночью. К тому же во время прохода этих эшелонов линия охранялась особенно сильно.
Пришлось обратиться за помощью к подпольщикам-железнодорожникам, которые уже не раз добывали для нас сведения о характере и количестве грузов противника, времени движения поездов и других важных вещах.
Наши помощники — составители поездов, путевые обходчики, стрелочники, служащие товарных контор — поддерживали с нами связь через связных или оставляли записки в «почтовых ящиках» — в дупле дерева, в зарытой в условленном месте консервной банке, под памятником на кладбище или в разрушенном доте. Разведчики отрядов регулярно вынимали «почту». В случае необходимости они вкладывали в «ящики» листки с интересующими нас вопросами и при следующем «визите» обычно находили ответ.
Не подвели подпольщики и на этот раз. Вскоре начальник разведки отряда Михаила Мышко Александр Валентик, тот самый, который ранее был в отряде Николая Сутырина, получил нужные сведения от служащего товарной конторы станции Краслава Владимира Николаевича Буракова. Бураков положил в «почтовый ящик» записку: «Сено и солома — танки, орудия».
Владимир Николаевич сообщил и другие важные данные. В следующем донесении он написал, что на дверях некоторых товарных вагонов нарисованы различные геометрические фигуры, которые являются условными знаками и обозначают, какой груз находится в вагоне. Желтый треугольник — это значит снаряды, зеленый квадрат — мины, черный конус — патроны.
А чуть позднее другой подпольщик, Сергей Павлович Колосов, работавший на станции Боровуха-1-я, убедительно подтвердил правильность информации Буракова.
Холодным осенним вечером пришел в Боровуху-1-ю эшелон, направлявшийся в сторону фронта. Он состоял из нескольких платформ, груженных сеном, а также вагонов, пассажирских (в них ехали фашистские офицеры и солдаты) и товарных — с желтыми треугольниками на дверях.
Пока паровоз набирал воду, охрана поезда ушла в здание вокзала погреться. Лишь один часовой остался около эшелона.
Выбрав удобный момент, Колосов заложил в сено тряпку, пропитанную мазутом, поджег ее и скрылся.
Пламя быстро охватило платформы и перекинулось на вагоны. Начали рваться снаряды. Гитлеровцы, находившиеся в пассажирских вагонах, едва успели спастись.
Когда пожар прекратился, на металлических остовах платформ были видны почерневшие от огня танки и орудия.
Полученные таким образом данные позволили нам в дальнейшем более точно определять, сколько оружия и боеприпасов перевозят фашисты по железным дорогам, и своевременно сообщать об этом в Москву. Кроме того, расширились наши возможности планировать диверсии с учетом важности грузов.
Операции партизан на железных дорогах носили массовый характер и сильно затрудняли перевозку вражеских войск и боевой техники, доставку на фронт продовольствия, снаряжения, обмундирования. Вот одно из многих признаний самих гитлеровцев. В июле сорок второго года начальник органов полиции безопасности и СД, которые дислоцировались в ряде оккупированных советских областей, в том числе Витебской, сообщал в Берлин (текст донесения был добыт нашими подпольщиками):
«Постоянно растущее число нападений партизан на железные дороги свидетельствует о том, что противник пытается любыми средствами нарушить снабжение немецкого фронта. В июне 1942 года, например, в районе действия войсковой группы «Митте» на железные дороги было совершено 206 нападений, которые распределяются по участкам таким образом:
Брянск — Льгов
25 взрывов
Брянск — Гомель
15 «
Брянск — Рославль
6 «
Брянск — Сухиничи
4 «
Унеча — Кричев
5 «
Кричев — Рославль
3 «
Рославль — Киров
8 «
Гомель — Бахмач
2 «
Гомель — Чернигов