1 «
Гомель — Лунинец
9 «
Гомель — Минск
19 «
Орша — Жлобин
4 «
Вязьма — Ржев
2 «
Смоленск — Вязьма
14 «
Смоленск — Орша
10 «
Смоленск — Витебск
7 «
Орша — Борисов
17 «
Орша — Витебск
2 «
Витебск — Невель
3 «
Витебск — Полоцк
15 «
Полоцк — Невель — Великие Луки
16 «
Полоцк — Индра
11 «
Полоцк — Молодечно
8 «
С 1 по 15 июля уже отмечено 123 нападения на железные дороги.
Объектами нападения были линии железных дорог, мосты, станции, сигнальные сооружения, ремонтные мастерские и подвижной состав».
Одной из важных задач нашей бригады, как и других партизанских соединений, было уничтожение вражеских гарнизонов.
Мы вели тщательную разведку, устанавливали — обычно с помощью местных жителей, подпольщиков, — каковы численность и вооружение фашистских войск, располагавшихся в населенных пунктах, и организовывали внезапные нападения на эти войска.
Как-то большую помощь нам оказал четырнадцатилетний подросток Женя Горбачевский из деревни Узница, Полоцкого района.
Когда летом сорок первого года в Узнице появились фашисты, Женя потерял покой. На его глазах горластые гитлеровские солдаты врывались в крестьянские дворы, бесцеремонно забирали коров, свиней, кур. Паренек с ненавистью смотрел на оккупантов.
«Я должен бороться против фашистов», — твердо решил Горбачевский и поделился своей мыслью с приятелем Колей Чертковым, который был на два года старше.
— Давай вместе действовать, — сказал Коля.
Но чтобы бороться, нужно оружие, решили подростки. А где взять его?
По деревне прошел слух, что крестьяне собирают где-то в лесах, на полях оружие. Женя и Коля тщательно обследовали близлежащую местность. Однако им попались лишь каски и стреляные гильзы — остальное подобрали до них.
В трех километрах от Узницы — в Юровичах, на территории бывшего военного городка, расположился фашистский гарнизон. «Вот где много всякого оружия, — думали подростки. — Но как туда пробраться?»
Поразмыслив, друзья пришли к выводу, что единственная возможность проникнуть в гарнизон — это войти в доверие к гитлеровцам.
И вот ранней весной сорок второго года в военном городке Юровичей стала появляться группа ребят, возглавлявшаяся Женей Горбачевским. Мальчики пилили дрова для кухни, выносили ведра с помоями.
— Эй, живо! Эйн, цвей, дрей! — покрикивал на друзей Женя, используя свой скромный запас немецких слов. — Вас ист дас, Федька? Доннер веттер!
Солдаты смеялись. Им нравился бойкий, расторопный и услужливый паренек. Скоро к нему привыкли. Иногда повар наливал ему и его товарищам миску супа.
После обеда, когда у гитлеровцев наступал час отдыха, Горбачевский беспрепятственно ходил по территории городка, обнесенной оградой из колючей проволоки. Мальчика тянуло к складу с оружием и боеприпасами. Ящики с винтовками, автоматами, гранатами, патронами, взрывчаткой находились не в помещении, а на площадке, под брезентом, натянутым на колья. Часового у склада не было. Фашисты, видимо, считали, что достаточно охраны у ворот. «Можно незаметно взять оружие, но как вынести его за ограду?» — ломал голову Женя.
Вечерами он встречался с Колей Чертковым, который в гарнизон не ходил, справедливо опасаясь попадаться оккупантам на глаза: его, шестнадцатилетнего рослого парня, могли схватить и отправить на работу в Германию.
Однажды Николай сказал:
— Давай-ка попробуем использовать телефонный провод. Я вчера нашел целый моток. — И он объяснил, что имеет в виду.
На следующий день Женя с трудом дождался обеда. Как только солдаты поели и ушли в казарму, сразу же отправился к складу.
Оглянулся — поблизости никого нет: гитлеровцы аккуратно соблюдают распорядок дня. Быстро вынес из-под брезента винтовку, привязал к ней конец провода, просунутого снаружи под колючую ограду, и спрятал оружие в густую траву.
А вечером, когда стемнело, подростки подползли к ограде с внешней стороны. Нашли другой конец провода и, осторожно подтягивая его, вытащили свою первую «добычу». Затем опять подсунули провод на территорию городка. Винтовку закопали в лесу.
Успешно закончились и еще несколько таких «операций».
В это время в районе Юровичей начал действовать один из отрядов нашей бригады, которым командовал Лученок. Партизаны взрывали мосты, пускали под откос поезда. Слухи об их делах дошли и до Узницы.
— Вот здорово! — восхищался Николай.