Рита кивнула, с жадностью глотая воду.
— Он... он исчез. Как только я забежала сюда.
— Призрак. Всегда исчезает у порога, — сказал Сергей, взглянув на двери. — Не может зайти внутрь.
Рита уставилась на него. «Призрак» — слово казалось нереальным.
— Вы не верите, — констатировал Сергей, видя ее выражение лица. — Понимаю. Но это правда. Он на той остановке уже больше года. Автобусы там теперь не останавливаются. Местные обходят это место стороной.
— Я... я не знала, — проговорила Рита. Ее голос звучал хрипло из-за ушибленного горла. — Сегодня мой первый день на новой работе. Раньше я здесь не бывала.
— Вам повезло, что вы до нас добежали, — сказал Сергей. Он достал из-под прилавка влажную салфетку. — Протрите лицо.
Рита осторожно прикоснулась к разбитому виску и зашипела от боли.
— Кто он? Почему он это делает? — спросила она, внимательно глядя на Сергея.
Сергей помолчал, собираясь с мыслями.
— Год назад этот старик, напал на школьницу на той остановке. Девочке было лет четырнадцать. На ее счастье, мимо проходил парень. Он бросился на помощь, оттолкнул старика. Тот упал, ударился головой о железный угол лавочки... и умер на месте.
Рита слушала, затаив дыхание.
— А парень?
— Его задержали. Но к счастью всё записала камера, — Сергей кивнул в сторону дверей магазина. — Как старик напал на девочку, как парень пытался его остановить. Старик оказался рецидивистом, с длинной историей насилия. Адвокату удалось доказать, что парень действовал в рамках защиты третьего лица. Его отпустили.
— Он спас ту девочку, — тихо сказала Рита. — Молодец.
Сергей смотрел в пол.
— Да. Спас.
Что-то в его тоне заставило Риту присмотреться к нему внимательнее. Он был бледен, его руки слегка дрожали.
— А откуда вы так хорошо знаете детали? — спросила она.
Он поднял на нее глаза. В них была странная смесь боли и усталости.
— Потому что это я его убил. Я тот самый парень.
Тишина повисла между ними, нарушаемая только тихим гудением холодильников.
— Он вернулся, — продолжил Сергей. — Сначала его видели редко. Потом все чаще. Он нападает на одиноких женщин на остановке. Никто не погиб, пока что... Все успевали убежать сюда, в магазин. Он не может сюда зайти. Я не знаю почему. Может, из-за того что я тут. Боится меня.
Рита смотрела на этого молодого человека, который жил с таким грузом. Он спас жизнь девочке, но замарал руки в крови.
— Вам нужно в больницу, — сказал Сергей.
— Я боюсь выходить, — призналась Рита.
Сергей посмотрел на часы.
— У меня через пять минут смена заканчивается. Если хотите, могу подвезти. В машине будет безопаснее.
— Спасибо. Я буду очень благодарна.
Через несколько минут в магазин зашел сменщик Сергея, уставший мужчина средних лет. Он бросил беглый взгляд на Риту с перевязанной наспех головой, но ничего не спросил, просто кивнул Сергею.
Они вышли через служебный выход во внутренний дворик. Машина Сергея, невысокая иномарка, была покрыта снегом. Он очистил стекла, пока Рита садилась на пассажирское сиденье, стараясь не смотреть в сторону остановки.
Двигатель завелся с первого раза. Сергей выехал на основную дорогу. Он ехал медленно, осторожно, снег хлопьями падал на лобовое стекло, дворники с трудом счищали его.
И когда они поравнялись с той самой остановкой, Рита невольно взглянула на нее.
Он стоял там.
Все в том же черном костюме, не обращая внимания на снег. Его лицо было повернуто к дороге, к их машине. И когда фары выхватили его из темноты, Рита увидела, как его черные, бездонные глаза нашли ее в салоне. Его губы растянулись в еще более широкой, невозможной улыбке. И медленно, с отвратительной театральностью, он провел бледным языком по губам, словно предвкушая что-то.
— Вы его видели? — тихо спросил Сергей, не отрывая глаз от дороги.
— Да, — прошептала Рита. — Он смотрел на меня. Он запомнил меня.
Сергей сильнее сжал руль. Его костяшки побелели.
— Он никуда не денется с остановки, — наконец сказал он. — Вам нечего больше бояться. Единственное, никогда больше не приходите на эту остановку. Ни днём, ни тем более вечером.
— Я теперь и на километр к ней не подойду, — ответила она, обхватив себя руками.
30. Жена пришла за ним
Николай убил жену в субботу, ровно в три часа дня. В тот момент, когда солнце, пробиваясь сквозь кружевные занавески их гостиной, выхватывало из воздуха медленно кружащиеся пылинки, словно золотую мишуру. Он сделал это не в порыве ярости, а с ледяной, методичной точностью. Один удар тяжёлой хрустальной пепельницей, подаренной ей же. Света даже не вскрикнула. Просто странно, по-кукольному сползла на персидский ковёр, который они вместе купили в Турции.