Он — всё.
То, как я думаю о нём, пугает меня. Мне нужно отдалиться от него, пока это не причинило настоящую боль. И всё же…
— Нам нужно делать это чаще.
Его улыбка подобна дождю из золота:
— Да?
— Да, — повторяю я, чувствуя, что парю в воздухе. — Да, на самом деле, я думаю, что это было бы хорошо для нас обоих. Тебе нужно отвлечься, а мне нужно… расслабиться.
Что-то умирает в его глазах, ямочки исчезают. В груди у меня слегка кольнуло, но я не обращаю на это внимания.
— Что ты имеешь в виду?
Я пожимаю плечами и тереблю подол рубашки:
— Типа… переспать? Если только ты не…
Он поднимает руку, чтобы остановить меня.
— Друзья с привилегиями. Вот что ты предлагаешь.
Я киваю.
— Я не совсем… — он замолкает, словно вовлечён в какую-то мысленную борьбу. — Неважно, я не упущу свой шанс. Да.
— Правда? — я широко улыбаюсь.
Он улыбается в ответ:
— Если ты этого хочешь, Грэй, то да.
Он целует меня в лоб на прощание и тихо шепчет:
— Позвони мне.
ГЛАВА ДЕВЯТНАДЦАТАЯ
Риз
— Ты в порядке, Кэп?
На этот вопрос трудно ответить, но Фредди выглядит обеспокоенным — чёрт, да вся раздевалка выглядит встревоженной. Я хочу сказать «нет», но напряжение уже нарастает, и я знаю, что как капитан должен разряжать обстановку, а не усугублять её.
Сегодня наша последняя тренировка перед первым выставочным матчем против небольшого колледжа в Вермонте, тренер которой дружит с нашим — я предполагаю, что это одна из причин, почему матч состоится так рано в нашем предсезонном расписании.
Это также наша первая тренировка с новым защитником.
Новости быстро распространились, в основном благодаря болтливым Фредди и Холдену, из-за чего мне стало намного проще притворяться невеждой и топить себя в Сэди.
Пока ничего не произошло, только быстрые поцелуи в моей машине, руки, прижимающиеся к ткани или коже, и мы оба отчаянно нуждаемся в разрядке. Иногда мы просто катаемся. Иногда мы даже не заходим в раздевалку, страстно и грубо лаская друг друга в широком багажнике её джипа на одеяле, которое, по её словам, предназначалось для «чрезвычайных ситуаций в кино».
Когда я сказал ей, что никогда не слышал о таком и никогда не был в кинотеатре под открытым небом, она так сильно расстроилась, что я рассмеялся громче, чем за последние несколько месяцев, и улыбка растянула мои щёки так, что они заболели.
Затем, тем вечером, после занятий, она встретила меня возле своего общежития и потребовала, чтобы мы взяли её машину. Она села за руль, о чём часто просит, и я задаюсь вопросом, не потому ли это, что она вспомнила, как я однажды выпалил о своём новом беспокойстве по поводу вождения.
К моему удивлению, мы заехали в кинотеатр на колёсах, заехали задним ходом и снова открыли её багажник, чтобы она могла там полежать. Я купил два гамбургера и кучу, скорее всего, просроченных конфет у подростка в единственной буфетной палатке, а потом смеялся, болтал и почти не смотрел на искажённый мерцающий экран кинотеатра, впитывая каждую частичку её, как трава впитывает воду после засухи.
В конце она сказала, что это было не свидание.
Но мне было плевать; это было похоже на свидание. И мы даже ни разу не поцеловались.
Когда мы вдвоём, легко притворятся, что, возможно, она полностью моя. Моя девушка. Что я мог бы снова и снова заключать её в свои объятия, каким-то образом незаметно надеть на неё свою джерси, подкупить её, чтобы она болела за меня и стояла на холодных трибуна, потому что она хочет показать всем, что я принадлежу ей.
И я хочу принадлежать ей, едва ли не больше, чем хочу, чтобы она была моей.
— Ты уверен, что не хочешь сказать что-нибудь заранее? — спрашивает Фредди, прощупывая почву после моего молчания.
Беннетт пожимает плечами, натягивая на ногу набедренник:
— Зачем? Все знают, что он придёт. Все здесь поддерживают Риза.
— Чертовски верно подмечено, — кивает Холден.
Я качаю головой:
— Он будет твоим партнёром, Догерти. У нас нет причин не воспользоваться всеми преимуществами, которые у нас есть в этом году.
Мы едем на «Four Seasons». Мы выиграем — один игрок этого не изменит.
Дверь открывается и с грохотом закрывается за массивной фигурой Торэна Кейна.
Он ни на кого не смотрит, опустив глаза, и идёт к своему шкафчику рядом с Холденом, бросает сумку с экипировкой на пол и начинает переодеваться.