Минут через пятнадцать снаружи послышался рев мотора. Спортивный автомобиль, видимо, все же вырвался, промчался по улицам поселка, скрываясь за развалинами. Затем звук резко стих примерно в ста метрах от их дома. Трое мужчин вышли. Двое подошли к третьему, который сидел на корточках, обхватив живот. Они что-то говорили ему, жестикулируя – один тыкал пальцем в сторону Вантауна, другой пытался поднять сидящего.
Нева подняла бинокль. Ее взгляд остановился на сидящем. Лицо было грязным и блестело от пота, но главное – на руке, прижимающей бок, темнело большое кровавое пятно. Рваная ткань куртки, под ней виднелся темный, сочащийся разрыв. Он дышал прерывисто, часто.
— Одного в расчёт вычёркиваем, — тихо, без эмоций, сказала Нева, опуская бинокль. — Обречён. Укусили.
Она посмотрела на Джину, стоявшую у окна.
— Теперь их двое. И один скоро станет проблемой для них же.
В ее глазах не было жалости, только холодный расчет. Рация на поясе у Невы зашипела.
— Эй, вы, сучки! — мужской голос, яростный. — Вы украли наше добро! Отдайте! Пока живы!
Нева медленно поднесла рацию ко рту, ее голос был низким и опасным:
— Суку в зеркале увидишь. А сейчас просто убирайтесь. Пока можете.
— Эй! Я тебя поймаю! Кишки спущу! — заорал голос, теряя остатки контроля.
Нева не повышала тона, но каждое слово било как молот:
— Так, мальчики... Хотите остаться в живых? Говорите тётям до свиданья и сваливаете туда, откуда явились. Быстро.
Пауза. Потом голос, уже без прежней ярости, но с упрямством:
— Без оружия мы не уйдём, оно наше. Давайте его сюда!
Нева усмехнулась, коротко и беззвучно:
— Твоё? Забыл значит подписать. Оно просто лежало. А значит – ничьё. А сейчас в нашей машине – значит, наше. Привыкайте к фактам.
— Мы его пасли несколько недель! — завопил голос. — А вы умыкнули из-под носа!
— Эй, пастухи, — голос Невы стал ледяным и насмешливым. — А что не перешли к действиям? Или громил испугались? (Пауза, в эфире слышно тяжелое дыхание) Готовили план? А мы без плана. Его увезли. Ценой двух людей. Так что оно по праву наше. Мне надоело это слушать. Короче: последний шанс уйти вам живыми. Или будете как решето валяться. Выбирайте.
Ответ пришел не сразу. Потом сквозь шипение:
— Ну, тварь... Готовься. Мы идём.
Связь оборвалась. Нева бросила рацию на стол.
— Джина! К бою!
Они наблюдали в бинокли. Тот, что раненный, сел за руль. Спортивный автомобиль дернулся, медленно поехал по улице, двигаясь зигзагом, явно не по прямой – слабеющий водитель едва контролировал машину. Он не рвался вперед, а двигался как приманка, отвлекая внимание.
— Приманка! — прошипела Нева. — Ищи других!
И тут они увидели. Пока машина ползла по центру улицы, двое других, используя ее как прикрытие, начали прочёсывать дома. Один метнулся к дому напротив, прижимаясь к стене. Второй, низко пригнувшись, побежал вдоль забора к соседнему разрушенному сараю.
— Левый твой! — бросила Нева Джине, указывая на того, что бежал к сараю. — Правый – мой. Готовься... Жди мой выстрел.
Ее палец лег на спусковой крючок автомата, прицеливаясь в фигуру, крадущуюся к дому напротив. Джина прильнула к прицелу автомата, следя за вторым нападающим. Воздух сгустился. Тишина перед бурей длилась несколько вечных секунд. Спортивный автомобиль продолжал медленно ползти, его мотор неровно тарахтел.
Нева выстрелила. Короткая очередь. Пули ударили в ногу крадущегося к дому, напротив. Он с криком рухнул.
Машина заглохла – раненый водитель потерял сознание и свалился на руль.
Джина выстрелила в своего – того, что шёл к их укрытию. Пули взбили пыль, но он успел спрятаться за свой автомобиль. Его шепот прорвался в рацию, злобный и сдавленный:
— Теперь я знаю, где вы, крысы! Я вас выкурю! Сейчас же!
Нева ответила, ледяная насмешка в голосе:
— Выкуришь? С таким стволом? Попробуй, мышонок. Только не плачь потом.
Началась перестрелка. Мужчина из-за спорткара открыл беспорядочный огонь, заставляя Джину прижаться. Она отвечала короткими очередями.
— Отвлекай его! — бросила Нева Джине.
Сама решила обойти. Через пару минут была с фланга. В прицел увидела его. Он яростно перестреливался с Джиной.
Нева прицелилась. Четкий выстрел. Раненый в руку вскрикнул, автомат выпал. Она стрельнула снова – пуля ударила ему в ногу. Он рухнул на колено.
Нева подошла к нему, он сидел с окровавленной рукой и ногой. Навела ствол. Без слов забрала его оружие. И глядя в его глаза, полные ненависти спросила:
— Ну и что? Кто кого выкурил? И кто тут крысы? Отвечай.
Он плюнул, хрипя от боли и ярости.
Джина обыскала спорткар.
— Тут ещё оружие и сухпайки! — крикнула она, вытаскивая рюкзак. — Три банки тушенки, пачка сухарей!