В моторном отсеке, между узлами и патрубками, застряло нечто, напоминавшее окровавленный обрубок. Это была рука по локоть, раздробленная и измочаленная колесами и карданным валом, превращенная в кровавое месиво из кожи, костей и жил. Именно она, болтаясь, и билась о раскаленный блок цилиндров, издавая тот самый жуткий цокот.
— Сука! — повторила Нева, с отвращением отшатнувшись.
Сет, не говоря ни слова, вернулся к машине, порылся в багажнике и достал старую, засаленную тряпку и пару рабочих перчаток. Его лицо было каменным. Он натянул перчатки и, скрипя зубами, полез под капот. Раздались тихие хлюпающие звуки, короткий резкий рывок — и он отбросил в сторону траву окровавленный, дымящийся обрубок. Он молча принялся тряпкой стирать кровавые и жировые следы с металла, его движения были резкими, отточенными.
Нева, тем временем, развернула карту, стараясь не смотреть на то, что делал Сет.
—Тут, — она ткнула пальцем в точку неподалеку от их маршрута, — есть водоем. Речка или старый карьер. Надо отмыть эту гадость. А то будто нас пережевали и выплюнули через одно место.
Сет кивнул, закончил уборку и швырнул окровавленную тряпку в кусты.
— Готово. Заводи.
Двигатель, очищенный от скверны, завелся с пол-оборота и зарокотал ровно и чисто. Стук пропал. Они поехали, свернув по указаниям Невы на проселочную дорогу, которая вскоре привела их к небольшому, заброшенному карьеру, заполненному мутноватой, но все еще относительно чистой водой.
Они потратили почти час, чтобы отмыть джип. Черная, запекшаяся кровь на стеклах, куски плоти на дисках, ужасные разводы на дверях — все это медленно отходило под напором воды и тряпок. Когда они закончили, машина все еще выглядела потрепанной и помятой, но уже не напоминала монстра из кошмара.
Пока женщины мыли кузов, Сет залил в бак последнюю канистру бензина. Он посмотрел на стрелку указателя уровня топлива, которая наконец-то сдвинулась с нуля, и обреченно хлопнул по крышке бака.
—Пора домой. Иначе скоро встрянем по-настояшему. Без горючки мы — просто консервная банка на колесах.
— Еще пару часов — и мы дома, — подтвердила Нева, сверяясь с картой. — Сделали большой крюк, но выбора не было.
Они расселись по местам. Джина раздала последние запасы — несколько галет и кусок вяленого мяса на всех. Ели молча, с жадностью, которую не могли утолить такие крохи.
Николас, прожевывая свой скудный паек, тихо, словно про себя, промолвил:
—Если бы предупредили... хоть полчаса... мы бы хоть вещи собрали. Еду, вода, одежда теплая для Лины... А то так, в чем были... — он безнадежно махнул рукой, глядя на свои стоптанные ботинки и застиранное платье внучки.
Нева встретила его взгляд в зеркале заднего вида. В ее глазах не было оправдания, лишь суровая правда.
—Не было этих полчаса, дед. Были секунды. Или мы уезжали сразу, или не уезжали никогда. Вещи найдутся. Живые руки — главное.
Больше никто не сказал ни слова. Автомобиль тронулся в путь, оставляя после себя мутную воду карьера и последние следы Кертольда. Они ехали домой. Израненные, голодные, без вещей, но живые. И сейчас это было единственной мыслью, которая согревала их изнутри, гоня вперед по пустынной дороге, ведущей к дому.
Глава 73. Родные стены
Внедорожник, покрытый пылью и свежими вмятинами, с трудом подъезжал к знакомым улицам Пальмонта. После кошмара Кертольда здешний порядок казался сюрреалистичным: аккуратные дома, чисто выметенные тротуары, даже клумбы с выцветшими, но живыми цветами. Воздух пах не смертью, а дымом из печей и жареной картошкой.
Машина еще не успела полностью остановиться, с ближайшей сторожевой вышки уже спустился Рон. Его лицо, обычно спокойное, было бледным от беспокойства.
— Вы где пропадали?! — его голос дрожал, срываясь на хрип. — Мы уже не знали, что и думать! Том чуть с ума не сошел, снаряжал группу! Говорил, на рассвете выдвигаться!
Нева тяжело вылезла из машины, опираясь на дверь, закурила. Казалось, каждый мускул в ее теле кричал от усталости.
—Ага, выдвигаться, — ее голос прозвучал хрипло, безжизненно. — Прямиком в ад, Рон. Прямиком в пасть. Там... там даже дышать нельзя. Усилить посты. Вдвое. Чтобы даже комар не пролетел незамеченным. С сегодняшнего дня ты за это несешь ответственность вместо Балта. Понял?
Рон молча кивнул, понимая по ее лицу, что расспросы бесполезны. Приказ был отдан, и он был железным.
— В городе всё спокойно? — спросила она, ее взгляд, привыкший к постоянной опасности последние пару дней, автоматически скользнул по крышам, сканируя привычные сектора, выискивая малейшее движение, любую аномалию.