Они двинулись внутрь, дверь снова закрылась за ними, оставив их в гробовой тишине подземелья.
— Те трое... — продолжила Нева, медленно продвигаясь вперед, топор наготове. — Спустились наверное, когда Ливия со своими товарищами свалила, не хлопнув дверью. А так... доктор Меррик говорил, что он один тут оставался. Остальных, мол, наверх отправил. Умный, да? — она усмехнулась, но в усмешке не было веселья. — Там, наверху, три монстра, а тут — кровать, телевизор и душ. Неравный выбор. Только вот выбора у них, по сути, и не было.
Они шли по главному коридору. Он был узким, без окон, стены испещрены трубами и кабелями. Нева методично проверяла каждую комнату, в то время как Майкл прикрывал ее со спины, ствол автомата описывая плавные дуги.
Первая комната оказалась командным пунктом. Внутри царил настоящий хаос. Оборванные провода, словно черные лианы, свисали с потолка, разбитые мониторы валялись на полу, а опрокинутые кресла застыли в неестественных позах. Воздух пах озоном и пылью.
Некоторые мониторы чудом уцелели, и на них замерли статичные изображения с камер наблюдения. Система все еще работала в автономном режиме.
Майкл ткнул пальцем в один из экранов.
— Смотри, босс. Джек стоит, халявит, курит в четвертом коридоре.
Нева криво усмехнулась.
— Выпишу ему выговор, как вернемся. Большой такой, жирный выговор.
Ее взгляд перешел на соседний монитор, где Лиза и Анна, согнувшись, грузили чье-то завернутое в брезент тело на металлическую тележку. Лицо Невы потеплело на мгновение, но тут же снова стало каменным.
Майкл медленно обвел взглядом разгромленный пункт управления.
— Почему они всё это разбили? Зачем устроили тут такой погром?
Нева тяжело вздохнула, ее глаза были прикованы к мерцающим экранам.
— Наверное, кто-то сидел здесь и наблюдал. Смотрел за тем, что творилось наверху, в реальном времени. — Она резко ткнула пальцем в мониторы. — А потом у него просто сдали нервы. Не выдержал того, что видит. Или того, что не может ничем помочь.
Она резко развернулась к выходу, ее плащ взметнулся.
— Всё. Пошли. Здесь делать нечего. Нам нужно сделать то, за чем пришли, а не разгребать чужие психические срывы.
Вторая комната — склад реактивов. Полки были заставлены колбами и склянками, многие разбиты, их содержимое давно высохло или смешалось в причудливые, ядовитые на вид наплывы на полу. Они прошли мимо.
Третья — серверная. Стоял ровный, низкий гул — работали аварийные охладители. Стеллажи с мигающими лампочками уходили вглубь помещения. Здесь было чисто.
— Похоже, Меррик не врал, — тихо проговорил Майкл. — Похоже на правду, что он был один.
— Пока что, — бросила Нева, уже подходя к следующей двери. На ней было написано «ЛАБОРАТОРИЯ 3. БИОХИМИЧЕСКИЙ АНАЛИЗ».
И тут из-за двери послышался звук. Не хрип и не стук. Тихий, плачущий, скребущий звук. Словно кто-то когтями царапает по стеклу.
Нева замерла, подняла кулак. Майкл тут же встал к стене, подняв автомат.
— Один, — беззвучно прошептала она, прислушиваясь. — И тихий.
Она медленно, бесшумно надавила на ручку. Дверь была не заперта.
Внутри было темно, лишь аварийная лампа над дверью отбрасывала тусклый красноватый свет. Помещение было заставлено столами с микроскопами, центрифугами, холодильниками для проб. И у дальней стены, спиной к ним, сидела фигура в белом, истерзанном халате. Она не двигалась, лишь ее рука с растопыренными, костлявыми пальцами медленно, методично скребла ногтем по стеклу лабораторного колпака, стоявшего на столе. Скреб-скреб-скреб.
Нева вошла первой, ее топор был опущен, но мышцы были готовы к взрывному движению. Майкл вошел следом, прикрывая дверь плечом.
Существо, казалось, не замечало их. Оно было полностью поглощено своим бессмысленным занятием.
— Готовь мешок для мусора, — тихо, еле слышно прошептала Нева Майклу. — Поменьше крови. Нам теперь это отмывать.
Она сделала два бесшумных шага вперед, оценивая дистанцию. Майкл, не спуская с нее глаз, достал из-за пояса свернутый плотный полиэтиленовый мешок.
Нева занесла топор не для рубящего удара, а для точного, колющего тычка обухом. Она прицелилась в висок существа, все еще склонившегося над столом.
И в этот момент оно обернулось.
Это была женщина. Вернее, то, что от нее осталось. Ее лицо было бледным, восковым, глаза мутными и ничего не выражающими. Но из ее полуоткрытого рта не сорвался рык. Она просто смотрела на Неву с немым, тупым удивлением, будто пытаясь понять, кто прервал ее монотонное занятие.
Этого мгновения хватило. Обух топора с коротким, глухим стуком вошел в висок. Тело дёрнулось и обмякло, сползая со стула на пол. Ни крика, ни агонии. Только тихий шелест ткани.