Усталость была вселенской, но отступать было некуда. Только вперед. Только выжить. Ценой любых решений. Она сделала последнюю затяжку и потушила сигарету. Ночь будет долгой.
В это время внизу тяжелая дверь в изоляционное крыло захлопнулась, отсекая новую, хрупкую реальность от выжженного внешнего мира. Внутри царила стерильная тишина, которую нарушал только скрип колес каталки, которую Шарлот катила перед собой. На ней аккуратными стопками лежали выцветшие, но чистые больничные халаты, пижама и пачка плотных пластиковых мешков для мусора. В двух шагах позади нее, неуклонная и незыблемая тень, следовал Вилли. Его присутствие ощущалось физически — не как открытая угроза, а как воплощение новых, неумолимых правил.
Шарлот тихо постучала и вошла в первую палату. На кровати сидел мужчина лет тридцати, на его коленях спал маленький мальчик лет двух, прижимаясь к его груди. Оба были покрыты слоем грязи и пыли, а на их лицах читалось полное истощение.
— Здравствуйте, — тихо сказала Шарлот, подкатывая каталку. — Меня зовут Шарлот, я медсестра. Нам нужно заполнить небольшую анкету для учета. Как ваши имена?
Мужчина поднял на нее усталые глаза.
— Марк,— прошептал он. — А это мой сын, Лиам. Ему два года.
Шарлот кивнула, делая пометку на планшете.
— Год рождения,ваш и Лиама?
— Я...восемьдесят седьмой. Лиам... двадцать второй.
Она записала.
— Есть жалобы на здоровье?Температура, кашель, тошнота, раны?
— Просто устали...очень. Лиам капризничал, плохо ел в дороге. Укусов нет, — монотонно продекламировал Марк. — Я проверял. Постоянно.
— Мы просто проверим, — сказала Шарлот. Она подошла к кровати и быстро, но тщательно осмотрела мальчика, проверив кожу под грязной одеждой, за ушами, его маленькие ручки и ножки. Лиам хныкал, но не сопротивлялся. — С ним, кажется, все в порядке, кроме истощения. Теперь ваша очередь, Марк.
Она жестом указала на небольшую совмещенную ванную комнату.
— Пожалуйста, пройдите туда.
Марк неуверенно посмотрел на нее, затем на невозмутимую фигуру Вилли в дверях.
— Туда? — пробормотал он, и в его голосе прозвучало смущение.
— Да. Для вашего удобства и по нашему протоколу, — голос Шарлот был ровным и профессиональным. — Это для безопасности всех. Мы должны быть уверены.
Марк медленно встал, бережно положил спящего сына на кровать и краснея, прошел в ванную. Вилли слегка сместил стойку, чтобы видеть и основную комнату, и дверь ванной, которая оставалась открытой. Шарлот протянула Марку мешок для мусора. Один за другим, с видимым комом в горле, он снимал свою грязную, пропотевшую одежду и бросал ее в мешок. Когда он стоял полностью обнаженный, пытаясь прикрыться руками, Шарлот бросила на него быстрый, клинический взгляд. Старые шрамы, синяки, следы тяжелой жизни — но ничего свежего, ничего зловещего.
— Хорошо, — сказала она, передавая ему через дверь комплект одежды. — Там есть мыло и душ. Приведите себя в порядок. После вас будет ждать горячая еда и отдых.
В следующей палате их ждала женщина лет сорока. Она сидела на краю кровати, сцепив руки. Ее взгляд был остекленевшим, отрешенным.
— Здравствуйте,— Шарлот снова начала свою процедуру. — Ваше имя?
— Айрин,— глухо ответила женщина.
— Год рождения?
— Семьдесят девятый.
— Жалобы?
— Все болит.Все... — ее голос сорвался.
Шарлот кивнула с сочувствием. Она проводила Айрин в ванную. Женщина двигалась как автомат, молча раздеваясь в маленьком кафельном пространстве и складывая свои изодранные вещи в поданный ей мешок. На ее ребрах красовался большой фиолетовый синяк. Шарлот отметила это на планшете.
— Мы дадим вам что-нибудь от этого синяка,— тихо сказала она. — Душ поможет. Скоро будет горячая еда.
Айрин лишь кивнула, не в силах вымолвить ни слова.
Третья палата встретила их напряжением. Молодой человек, лет двадцати восьми, стоял посреди комнаты, вызывающе скрестив руки на груди.
— Имя? — спросила Шарлот.
— Кайл.
— Год рождения?
— Девяносто шестой.
— Проблемы со здоровьем?
— Я в порядке.Осмотр не нужен.
Шарлот внимательно на него посмотрела.
— Кайл, это обязательно для всех.
— Я сказал, я в порядке. Я сам себя осмотрю и сообщу, если что найду, — его тон был дерзким.
В дверях Вилли, до этого бывший безмолвной статуей, едва заметно изменил позу. Его спокойное присутствие внезапно стало более сконцентрированным.
— Шарлот, проблемы? Нужна помощь? — его голос был низким, без эмоций, но в нем читалась четкая готовность к действию.
Шарлот слегка подняла руку, не оглядываясь.
— Дай нам минутку, Вилли.