Дверь закрылась за спиной Невы с тихим щелчком. Дейв еще несколько секунд сидел на кровати, ощущая на себе призрачное давление ее присутствия. Слова «Грег еще держится» и «Дженна… соболезную» висели в воздухе, тяжелые и неоспоримые. Он медленно подошел к своему свертку с чистой, но чужой одеждой. Одевался он механически, пальцы плохо слушались, застегивая пуговицы на рубашке.
Дейв вышел на крыльцо, щурясь от утреннего солнца. Воздух был чистым, пахло дымом. Он увидел Неву, уже сидевшую в джипе, и медленно направился к машине.
— Мы куда-то едем? — спросил он, останавливаясь у ее двери. Потом смущенно потупил взгляд. — Эм... Извините. Я до сих пор не знаю, как вас зовут.
Нева повернула голову. Ее глаза, серые и пронзительные, будто просвечивали его насквозь.
— Нева, — коротко бросила она и неожиданно протянула руку через открытое окно. Жест был резким, лишенным всякой церемонности.
Дейв пожал ее ладонь. Рука оказалась удивительно сильной.
— Нева... — повторил он задумчиво. — Необычное имя.
— Как и жизнь сейчас, — парировала она, отпуская его руку и снова хватая руль. — Садись.
Он молча кивнул, обошел машину и устроился на пассажирском сиденье. Дверь захлопнулась с тяжелым стуком. Нева резко тронула с места, и джип рванул вперед, оставляя за собой облако пыли.
Через несколько минут Дейв нарушил молчание, не глядя на Неву:
— Нева, а вы...
— Давай на «ты», Дейв, — резко, но без раздражения оборвала она его. — Церемонии здесь излишни.
— Хорошо, — кивнул он. — Ты... ты отсюда, из этого города? Или тоже пришла, как мы?
Нева на секунду отвела взгляд от дороги, скользнув по нему ледяными глазами.
— Я отсюда. Была главным врачом в том самом госпитале, где вас разместили.
— Врач? — Дейв искренне удивился. — Врачи сейчас на вес золота...
— А какой смысл, Дейв? — ее голос внезапно стал жестче. — Какой смысл куда-то идти, бежать? Что ты там, в бесконечных полях и руинах, пытаешься найти? Везде одно и то же. Мир мертв. Или ты надеешься, что кто-то будет в разграбленных торговых центрах всегда подкладывать тебе еду? Или какой-то добренький волшебник будет оставлять коробки с едой с запиской «возьми только то, в чем нуждаешься»?
Она фыркнула, и в этом звуке была вся горечь прожитых лет.
— Это бред из старых кино. Надо смотреть реальности в глаза. Единственный шанс — сидеть на одном месте. День за днем. И пытаться не выживать, а жить. Строить. Создавать.
Дейв сжал пальцы. Ее слова били прямо в цель.
— Не знаю... Все побежали — и мы тоже. Я и моя семья... жена и сын.
— Они с тобой сейчас в госпитале? — спросила Нева, и в ее голосе впервые прозвучала не отчетливость, а что-то еще.
— Нет, — он выдохнул, и его голос дрогнул. — Жену я потерял в первые дни. Сына... позже. Остался я один. И порой думаю — зачем мне жить?
Нева резко свернула, направляя джип в сторону холма, где виднелись крепкие каменные особняки бывшего «элитного» района.
— Затем, чтобы строить новый дом. Завести новую семью. Восстанавливать мир. Не для себя — для будущего.
Она посмотрела на него, и в ее взгляде не было ни капли жалости, только стальная уверенность.
— Не переживай, Дейв. В ближайшие годы скучать нам не придется.
Они подъехали к массивным кованым воротам одного из самых крупных особняков — бывшей резиденции мэра. Теперь это был укрепленный командный центр. Со сторожевой вышки спрыгнул человек и, узнав Неву, отворил ворота.
— У вас... у каждого есть оружие, — заметил Дейв, глядя на висящий за спиной часового автомат. — Где вы его взяли?
— Нашли. Отобрали. Собрали по крупицам, — коротко ответила Нева, заезжая во внутренний двор.
Она заглушила двигатель, и они вышли. Из главного входа особняка вышла Габриэлла, а рядом с ней — ее сын и племянник Невы, Алекс.
— Вовремя! — улыбнулась Габриэлла. — Как раз завтрак. Остальным Роза уже повезла еду.
В воздухе витал аппетитный запах кукурузных лепешек. Дейв невольно сглотнул. Он не помнил, когда в последнее время ел такую пищу. Это была не просто еда. Это был вкус жизни, которую они здесь отстояли.
Особняк поразил Дейва с порога. Широкий холл с дубовыми панелями, хотя и лишенный былого лоска, сохранил следы прошлой роскоши. Где-то треснувшая, но все еще впечатляющая хрустальная люстра, массивная лестница, ведущая на второй этаж.
Габриэлла, уловив его изумленный взгляд, мягко улыбнулась.
— Добро пожаловать в Пальмонт, Дейв. Надеюсь, вы останетесь с нами.
Она жестом пригласила их пройти дальше, в столовую.
Столовая была еще более невероятной. Длинный дубовый стол, за которым легко могло разместиться двадцать человек, был накрыт словно для праздника. На нем дымились настоящие жареные яйца, лежали свежие, нарезанные овощи — помидоры, огурцы, даже зелень — и румяные кукурузные лепешки. В воздухе витал аромат, от которого у Дейва свело желудок от давно забытого чувства — настоящего голода, а не просто потребности в калориях.