Пули были на счету. Стреляли короткими, контролируемыми очередями, только по целям. Воздух был густ от пороховой гари, смрада и запаха крови.
Внезапно один из новичков, парень лет восемнадцати, споткнулся о камень и упал на спину. Его «удочка» откатилась в сторону. Две твари тут же навалились на него.
Нева была рядом в два прыжка. Первую она ударила прикладом автомата в висок, отшвырнув в сторону, где ее тут же добили. Вторую — пристрелила в упор, вставив ствол в открытый рот. Грохот оглушил парня.
— Вставай! — рявкнула она, с силой ставя его на ноги и суя в руки его же копье. — Здесь нет времени умирать! Двигай!
Тактика работала. Они были приманкой, и смерть следовала за ними по пятам, медленно, но верно уводясь от мирно блеявшей фермы. Цена этого маневра — вымотанные нервы, потраченные патроны и несколько окровавленных, но живых людей. Пока что.
Ричард за рулем джипа Невы и Зак на стареньком внедорожнике медленно ползли по дороге, являясь мобильным щитом и ориентиром для отступающих.
И вдруг — судорожный вздох, металлический стон, и внедорожник Зака резко дернулся и замер. Мотор заглох.
— Заводи! — крикнул кто-то из бойцов, уже упершихся спинами в холодный металл кузова.
Зак судорожно крутил ключ в замке зажигания. В ответ — лишь сухой, бесплодный щелчок стартера. Раз, другой. Ни единого признака жизни.
Орда, почувствовав замешательство и остановку, ускорилась. Они начали обтекать неподвижную машину, как вода камень, их костлявые пальцы уже царапали краску.
— ЗАК, БРОСАЙ ЕГО! ВЫЛЕЗАЙ И ОТХОДИ! — завопила Нева, пробиваясь сквозь строй.
Но Зак, охваченный паникой, не слышал. Он видел только безумие в боковое зеркало и продолжал долбить по бесполезному ключу.
Нева, не раздумывая, рванула к машине. Рон, ее тень, мгновенно оказался рядом, прикрывая ее огнем с плеча, отсекая подбирающихся с фланга оживших.
— Открывай! — крикнула она, подбежав к двери.
Зак, увидев ее, нажал на кнопку замка. Дверь открылась. Нева вцепилась в его куртку и с силой выдернула из кресла, почти швырнув его на дорогу.
— БЕГИ!
В этот миг все пошло наперекосяк. Вся группа, застывшая в ужасе на долю секунды, наблюдала за своей командиршей, рисковавшей собой ради одного человека. Их взгляды были прикованы к ней, а не к противнику. Строй, этот хрупкий шип, рассыпался.
Тактика умерла. На смену ей пришел хаос.
Ожившие, не встречая больше организованного отпора, вломились в образовавшийся разрыв. Нева, обернувшись, увидела, как молодого бойца по имени Элиас, несколько пар рук схватили и потащили вглубь серой массы. Его глаза, полные невыразимого ужаса, встретились с ее взглядом на мгновение — и затем исчезли за стеной тел. Пронзительный, обрывающийся крик, который навсегда впился в память всем, кто его слышал, стал эпитафией их идеального плана.
Все вышло из-под контроля.
— УХОДИМ! — ее голос сорвался в оглушительном хаосе. — БРОСАЕМ ВСЕ! КТО МОЖЕТ — В ДЖИП! ОСТАЛЬНЫЕ — В УКРЫТИЕ!
Это был уже не приказ, а отчаянный призыв к спасению. Горстка людей, ближайших к джипу Ричарда, запрыгнула в кузов и в салон. Ричард, видя, что ждать больше нельзя, резко дернул с места и рванул вперед, увозя часть группы прочь из ада.
Те, кто не успел вскочить на подножку уезжающего джипа, бросились врассыпную, подчиняясь слепому инстинкту выживания. Один из бойцов, коротко стриженный парень по кличке Гранит, побежал вдоль главной улицы, отчаянно отмахиваясь прикладом от цепких рук.
Двое других, не сговариваясь, рванули к покосившемуся дому, пытаясь выбить ногами заколоченную дверь. Отчаянные удары по старой древесине сливались с нарастающим гулом, но дверь не поддавалась.
Именно тогда взгляд Невы, скользя по этому адскому маскараду, выхватил троих — двух женщин и Марка из новеньких. Они не метались слепо, а ринулись в узкую щель между двумя каменными складами, исчезая в глубокой тени. Это был отчаянный, но не лишенный смысла порыв — попытка запутать следы, использовать лабиринт городских улиц. Марк, отставая, на мгновение оглянулся, и его лицо, искаженное страхом и осознанием потери, стало для Невы пронзительной иконой всего провала.
Нева и Рон, прикрывая отход, отбивались, пятясь к ближайшему полуразрушенному сараю. И в этот момент Рон, отступая задом и стреляя, наступил на разложившийся труп, его нога подломилась с противным, влажным хрустом. Он рухнул с глухим стоном, лицо исказилось от боли.
— Черт! — выругался он, пытаясь встать и снова падая. — Нога...
Нева, не говоря ни слова, резко остановилась, развернулась и, наклонившись, закинула его руку себе на плечи.