В воскресенье 1 апреля прошлого года я получил от него письмо, где он сообщал, что здоровье его превосходно.
Ночью этого дня, то есть с воскресенья на понедельник, я был вдруг разбужен необыкновенным и сильным шумом, точно кто швырял булыжник об пол моей комнаты, которая, однако, была заперта на ключ.
Было без четверти два, по крайней мере, я убедился, что так показывают мои часы и будильник. Нечего и говорить, что, встав утром, я стал искать причину происшествия, разбудившего меня, с чувством страха, которое никак не мог побороть.
В восемь часов утра я получил от близкого друга моего брата из Марселя телеграмму, содержавшую извещение, что брат опасно болен, и просьбу, чтобы я приезжал с первым же поездом.
Поспешив к брату, я узнал, что он умер ночью, без агонии, без страданий, не произнеся ни слова.
Я справился о точном часе его смерти у друга, на чьих руках он скончался. Было без четверти два по часам, которые друг держал в руке, когда мой младший брат отдал Богу душу».
Другой случай, не менее удивительный, Ш. Богран не так давно описал доктору Дарие.
ХСIII. У Ж., офицера торгового флота, был брат, с которым он находился в ссоре. Они даже прервали всякие отношения.
Ж., служащий на военном флоте в качестве старшего офицера, возвращался из Гаити в Гавр. Однажды ночью, как только он заснул после вахты, он вдруг почувствовал, что его гамак сильно встряхнули, и услышал зов: «Эммануил! Эммануил!» Он в испуге просыпается; прежде всего ему приходит в голову, что это чья-то шутка. Потом, одумавшись, он вспоминает, что на судне разве что один капитан знает, как его зовут. Однако он встает и отправляется к капитану; тот говорит ему, что не думал звать его и даже забыл его имя.
Офицер возвращается в свой гамак, снова засыпает, и через несколько минут повторяется та же история. На этот раз он как будто узнал голос своего брата. Тогда он садится на постель, решив больше не засыпать. В третий раз раздается тот же голос.
Тогда он вскакивает и, чтобы прогнать это наваждение, садится за свой рабочий письменный стол и в точности отмечает день и час этого странного явления.
Несколько дней спустя судно приходит в Гавр. Один из друзей офицера с расстроенным лицом является на судно. Увидев его издали, Ж. воскликнул:
«Говорить бесполезно! Я знаю, что вы мне скажете: брат мой умер в такой-то день и в такой-то час».
Это было совершенно верно. Брат Ж. умер, призывая его и огорчаясь, что больше не увидит его.
Ж. умер много лет назад. Этот факт передан мне недавно — что представляет ручательство за его достоверность — обоими сыновьями Ж. Один из них принадлежит к числу самых блестящих светил адвокатского сословия в Гавре; другой — морской лейтенант в отставке. То, что они рассказали мне, они слышали из уст своего отца, и в их свидетельстве невозможно усомниться.
Несколько лет назад такие явления, происходящие с родственниками умирающих людей, составляли в Англии предмет особого исследования, предпринятого учеными, убежденными, что одно огульное отрицание никогда еще ничего не доказало.
Пытливый дух современной науки резонно стремится извлечь эти факты из обманчивого тумана таинственности, ввиду того, что природа все обнимает в своих пределах. Образовалось одно специальное научное общество для изучения этих явлений: «Society for psychical Research»; во главе его стоят несколько самых блестящих ученых Англии, и оно уже представило много научных работ. Исследования и свидетельства были подвергнуты строгой проверке; характер различных примеров и свидетельств весьма разнообразен. Мы перелистаем один из сборников трудов этого общества и прибавим к уже приведенным документам другие, не менее достоверные и интересные. Затем мы займемся объяснением этих явлений.
Вот еще несколько любопытных фактов, извлеченных из сочинения «Phantasms of the Living», Гернея, Мейерса и Подмора.
Генерал английской армии Файч 22 декабря 1883 года обратился со следующим письмом к профессору Сиджевику, председателю психической комиссии.
XCIV. Со мной случился в Мольмене диковинный казус, сильнейшим образом поразивший мое воображение. Я видел призрак, видел собственными глазами и среди бела дня. Могу присягнуть, что это так.
Когда-то давно я находился в близких дружественных отношениях с одним товарищем по школе и университету; затем много лет мы с ним не виделись. Однажды утром я только что встал и одевался, вдруг смотрю: мой старый товарищ входит в комнату. Я радостно поздоровался с ним и предложил ему спросить себе чашку чая на веранде, пока я докончу свой туалет, обещая сейчас же прийти к нему. Наскоро одевшись, я вышел на веранду, но там никого не оказалось. Я глазам своим не поверил; кликнул часового, стоявшего перед домом, но солдат никого не видел входящим в дом в это утро. Слуги тоже уверенно заявили, что никто не приходил из чужих. Однако я был твердо убежден, что видел своего друга: в тот момент я даже вовсе не думал о нем, а между тем не был удивлен, увидав его, — в Мольмен постоянно приходили пароходы и другие суда.