Эд почувствовал холодок, пробежавший по спине. Он знал, что у него времени мало, он чувствовал, как последние отметины исчезают с его запястья, но он понятия не имел, насколько мало времени у Джастина.
— О, Мерлин… Джас…
— Повстанцы подтянули пушки, — продолжал говорить Джастин. Он стоял около окна и смотрел на разворачивающееся поле битвы. Эд готов был поклясться, что минуту назад, когда он проходил через этот зал, окна здесь не было. — Они храбро сражаются… Мои братья… то есть, Ангелы терпят поражение. Я слышу их мысли. А теперь ещё и вижу..
Эд подошёл к Джастину.
— Я думал, Исида тебя живьём сожрала, — тихо сказал он, осматривая друга. Печальный взгляд разномастных глаз порождал в нём ужас. — Что с тобой стало? ..
— Чума, — просто ответил Джастин. — Я чувствую, как она распространяется быстрее. Чем выше я поднимаюсь, тем меньше времени остаётся…
— Всё будет хорошо, Джас. Мы теперь вместе. Вдвоём справиться будет проще, да? У тебя есть меч, а я… — Эд запнулся, шевельнув пальцами. — А я что-нибудь придумаю.
— Взгляни туда, — Джастин указал взглядом за окно. — Они так остервенело сажаются. Можно подумать, им есть за что.
— За свободу, за новый мир. Может, за освобождение, не знаю, — пожал плечами Эд, выглядывая в окно. — Даже если нам не удастся закрыть Ловушку, они сумеют вздохнуть свободнее без Ангелов.
— А я не о повстанцах говорил.
Эд не ответил. Он выглянул в окно. Под башней волновалось целое живое море. Звенели мечи, гремели выстрелы, выли волки. На холме напротив окна выстроились в ряд пять пушек, которые палили по Ангелам и по Башне. Эд подался чуть вперёд, пытаясь высмотреть отца или хотя бы Филлика. В этот момент он почувствовал, как что-то ухватило его за щиколотки и резко дёрнуло вверх. Завопив, Эд вцепился в подоконник.
Тут же раздался очередной взрыв и характерный свист. Вскинув голову, Эд увидел, как в окно, прямо на них, летит пушечный снаряд.
— Ложись! — крикнул он машинально.
То, что удерживало его ноги, исчезло. Эд поспешно рухнул на пол, прикрыв голову руками. Грудь пребольно ударилась о кафель. Раздался грохот. Снаряд вынес деревянную раму, осыпав её обломками и осколками Эда, пронёсся через всю комнату и ударился в стену.
Заставив себя вздохнуть, Эд поднялся.
— Вот это меткость, — хрипло произнёс он. — Джас? Что это было?
Джастин стоял чуть в стороне, глядя на снаряд. Он перевёл взгляд на Эда. Правый глаз медленно, но верно наливался краснотой. Вздрогнув, Эд сглотнул.
— Ладно, не важно, идём, у нас около шести минут.
Эд и Джастин поспешно поднялись по коридору, из которого пару минут назад вылетел Эд. Впереди виднелась дверь, они были близко. Эд загривком чувствовал, что они уже на финише. Шагавший за ним следом Джастин буравил взглядом спину Эда, от чего тому было изрядно не по себе.
Эд первым шагнул в зал, раскрыв дверь. Погруженный во мрак, похожий на все предыдущие. Вот только луч, бьющий от колодца к колодцу, здесь врезался в чёрный прозрачный кристалл душ, огромный, размером с квоффл. От камня, парящего в воздухе, исходило фиолетовое свечение, разливающееся потоками по залу. Тени, живые, объёмные, скакали по краям зала, заставляя Эд поёжился от страха. И холода. Здесь было зверски холодно. Воздух, такой редкий и ценный гость в его лёгких, срывался с губ облачками белесого пара. Тем не менее, Эд чувствовал лёгкую эйфорию и облегчение.
— Добрались! Мы добрались! — с облегчением выдохнул Эд, понимая, что лишь пара мгновений отделяют его от конца всей этой дурацкой истории. Даже если он понятия не имел, что делать дальше.
Он шагнул к колоцу, из которого бил фиолетовый луч. Кристалл, висящий в воздухе, ярко мерцал неровными гранями, медленно крутясь. Лафнегл не додумался ни до чего лучшего, чем просто схватить камень. Но пальцы не успели коснуться неровной поверхности камня — Эд лишь успел почувствовать исходящий от него холод, когда раздался страшный удар в ухо.
Охнув, Эд схватился за ухо и отшатнулся. В голове снова зазвенело. Новый удар пришёлся ему по затылку, да так, что у парня посыпались искры из глаз. Эд обернулся. Джастин стоял над ним, занося кулак для очередного удара. Разномастные глаза с сожалением и отвращением смотрели на него.
«Когда надо — его хрен коснёшься, а как до мордобоя доходит, так он офигеть какой материальный!» — Пронеслась в голове Эда случайная мысль прежде, чем Джастин вновь ударил его в скулу.
— Джас, ты с ума сошёл? — выдохнул Эд, едва удерживаясь на ногах от падения.
— Извини, Эд. Я не могу допустить, чтобы ты закрыл Ловушку. Моя госпожа хочет, чтобы я тебя остановил.
— С каких пор ты пляшешь под чью-то дудку? — спросил Эд, касаясь разбитой губы. В полумраке кровь казалась чёрной. — Брось ты. Мы же можем выбраться отсюда. Вместе. Ты и я. Вернёмся в Мир, в Хогвартс. Что с тобой?
— А смысл мне являться в тот мир? Героем станешь ты, все лавры будут твоими.
— Скажем, что это была твоя победа. Джас, мы же можем спасти мир… От Волдеморта, от Исиды. Я видел мир, каким он станет, если не закрыть Ловушку! Джас!
Эд увернулся от очередного удара. Джастин потянулся к мечу. Лафнегл шмыгнул в тень, судорожно соображая, что делать.
— Что мне Мир? — говорил Джастин. Раздался шорох клинка, вынимаемого из ножен. — Госпожа показала мне этот ваш Мир. Мир пустых, бессмысленных людей. Мир живых мертвецов. Теперь-то я вижу. Фальшивки разгуливают по улицам, идиоты правят балом, маньяки сражаются с этими идиотами за право управлять горсткой придурков. Гнилой мир, гнилые люди. Нет, Эд. Я хочу, чтобы всё исполнилось смысла. Я хочу, чтобы этот поганый мир рухнул. А я выживу, Госпожа обещала меня уберечь. Меня и Мариссу. Она станет моей, а ты… Ты никогда больше не встанешь на нашем пути.
Держась теней, Эд попытался шмыгнуть за другую колонну.
— Да? А цена, которую ты платишь, тебя не смущает? — спросил Эд. Нужно потянуть время, нужно попробовать призвать пламя. — Ладно я. Я жизнью рисковать привык. А люди? Невинные люди, которые рассыпятся прахом, когда взрыв сотрёт Европу с лица земли? А заточённые в Ловушку? Ты оставишь их здесь гнить? Мы можем их спасти, Джас. Выпустить…
— Мы их не выпустим. Как только ты запрёшь Ловушку, они останутся гнить здесь до скончания времён. Или ты действительно полагаешь, что сможешь «вывернуть» этот мир наизнанку? Могучий герой…
Внезапно тень перед Эдом шевельнулась. Во мраке сверкнули красные глаза. Парень не успел вскрикнуть, когда сумрачные руки потянулись к его плечам, обвивая их. Эд почувствовал, как его выталкивают на свет. Он рухнул на колени. Тени выворачивали его руки, держа их за спиной. Джастин медленно подошёл к Эду. Медный клинок мерцал в фиолетовом свете.
— Хочешь быть ответственным за Апокалипсис? — ощерился Эд. — Ты не сможешь с этим жить, Джас. Я же знаю. Да, мы плохо общались, но я-то знаю, что ты хороший парень, добрый, хоть почти сожранный заживо этой заразой. Подумай, Джастин, сколько невинных людей погибнет по твоей вине.
— Пусть, — дёрнул плечом Джастин. — Мне плевать. Ловушку можно закрыть только изнутри. Если ты закроешь разлом, останется лишь секунда, чтобы тебя вытащили. Ни ты, ни я не успеем и глазом моргнуть, как останемся тут навеки. Нет, я этого не хочу.
— Отчего же? Здесь твоя госпожа, — усмехнулся Эд, шевеля пальцами.
Он почувствовал тепло на кончиках пальцев. У него есть только один удар, один шанс, он знал это. Если он успеет ударить в кристалл, есть вероятность, что он расколется.
— Госпоже недолго осталось здесь находиться, — произнёс Джастин. Острый клинок покачивался в опасной близости от лица Эда. — Скоро, совсем скоро…
«Всех злодеев губит желание поболтать», — промелькнула очередная мысль в голове Эда. В тот же миг он призвал пламя. Возмущённо шипя, тени отскочили от него. Молниеносно Эд вскочил на ноги, метнулся к недоумённо замершему Джастину и со всей дури залепил ему оплеуху полыхающей огнём ладонью. Сам он едва сознание не потерял, когда руку пронзила нечеловеческая боль. Оба парня взвыли. Смахнув навернувшиеся на глаза слёзы, Эд схватил отшатнувшегося Джастина и хорошенько встряхнул.