Девушка расплылась в теплой улыбке, и кажется, чуть ли не плакала. Она отпустила кота, и тот, недовольно мяукнув, ушел восвояси. Локи обнял её за талию, пока Элис таки позволила себе пустить слезу. Она никогда не представляла, даже не думала, что на свете будет хоть кто-то, кто любит её так же сильно, как Локи. Он дарил ей ощущение особенности, заставил полюбить саму себя, отпустить всё то, что делало её черствой, бездушной… Он тоже был её светом, её солнцем, её спасательным кругом во время шторма. Они не могут друг без друга, и с каждым днем всё сильнее и сильнее это понимают.
========== pacify him ==========
— Элис, если ты пойдешь на это задание, то оно станет твоим последним.
— Это почему?
— Потому что никто не хочет, чтобы ты больше рисковала. Нат не сможет спать по ночам, Стив до конца своих дней будет винить себя, а Ванда разнесет что-нибудь и впадет в истерику. Ты — то, что их объединяет, и если они потеряют тебя, то… — Старк задерживает дыхание, смотря в сторону с кроватки, на изголовье которой красовались инициалы «А.М.С.». Александра Морган Старк, — С каких пор ты не была на миссиях?
— С вторжения Таноса, — говорит девушка, поправляя волосы, убранные в высокий хвост, — Это был первый и последний раз, когда я хоть что-то делала. Почему сейчас ты…
Их беседу прерывает Пеппер, ввалившаяся в комнату с несвойственной ей неаккуратностью. В руках у неё были две кружки с ромашковым чаем, и она, контролируя то, распекается ли чай или нет. Она бросила взгляд на Элис и Тони, и целуя Старка в висок, говорит:
— Всё ещё бодаетесь из-за миссии? — Тони кивает, и её тяжелый вздох доносится до самого сердца Элис. Прекращая теребить и растягивать рукава плотной водолазки, она сглатывает и смотрит на Старка с какой-то горечью и одновременно радостью, с пониманием, что ли. Нет и не должно быть чего-то важнее семьи в её жизни. Нет и не должно быть ничего для её семьи важнее её жизни. Роджерс помнит, как резко и быстро погибли её родители и как долго она страдала из-за этого, страдала, понимая, что почти все кусочки паззла просто разбросаны по её сознанию, и она сама не может найти себе места. Её взгляд падает на Алекс, и она надеется, что в её рыжей голове никогда не появится столь отвратительной идеи, как геройство.
— Знаешь… Пожалуй, вы с Тони правы, — он смотрит на миссис Старк и берет у неё из рук кружку с изображением щенка, пару секунд смотрит в неё, а потом вновь поднимает голову, — У меня есть планы на будущее. Я хочу отучиться, вернуться в фигурное катание, устроить семью… Мне стоит остановиться даже не начав. Пока не поздно.
Тони и Пеппер одновременно облегченно вздыхают, и Элис ложится на колени к Пеппер, чтобы немного успокоиться и остудить свой пыл. Заканчивать что-то, во что верил всю свою жизнь ради того, чтобы просто жить. Стремиться к чему-то земному и простому, к тому, что находится на земле, здесь, а не там, в небесах, в которых она мечтала обрести свободу, когда впервые увидела Нью-Йорк с крыши башни Мстителей. Сама того не подозревая, Элис ещё давно приняла это решение — в тот самый день, когда поняла, что жить не может с чувством потери и опустошения.
Последняя миссия стала для Элис очень выматывающей — она действительно не в строю и не незаменима. Даже тот единственный раз, который она принимала участие в битве, она была бесполезна, и лишь задержала врага на несколько секунд, получив с этим и переломы, места которых до сих пор временами ныли и болели. Каждый раз, когда эта боль напоминала о себе, Локи приходил к ней, чтобы успокоить и провести с ней весь день, пока она сжимает подушку от боли, что разрывает её изнутри. Лафейсон обладал каким-то обезболивающим свойством, и сейчас, на мгновение, когда автоматная очередь пролетела мимо неё, Роджерс-Барнс задумывается о том, что ей здесь не хватает Локи, который был бы опорой, поддержкой, спасением и успокоением.
Но о своем последнем рывке девушка решила ему не говорить.
Домой в тот вечер даже скрипящий суставами Тони возвращался менее уставшим и измотанным, чем Элис, которая не могла отдышаться почти всю дорогу домой, так ещё ей и пришлось тащить потерявшего сознание Питера домой — не без помощи, конечно, но это изматывает ещё сильнее. Элис понимала, что Мишель её убьет, потому что именно на неё Джонс повесила заботу о своем большом ребенке на время своего отъезда. Она знала о задании, о его умеренной сложности и о том, что оно последнее для Элис. Но страх того, что Питер что-то сделает без её ведома был больше — если Джонс влюблялась, то от её заботы и паранойи было тяжело отделаться. Локи был из того же теста, и Роджерс, кажется, уже слышала то, как он отчитывает и ругает её за царапину на ноге.
— Элис, Мишель тебя прикончит… — едва стоя на ногах и судорожно ища кнопку нужного этажа лифта, бормотал Питер.
— Это тебя она прикончит, — рычит Элис, — Я не просила меня прикрывать. Эта штука из вибраниума и…
— Не чистого, — на выдохе бросил Паркер, сползая вниз по стене. — Шури слепила его из того, что было, и…
— Я не просила меня прикрывать. — повторила Элис, — Подумай о себе, об ЭмДжей, о вашем коте… Вы хотите путешествовать, почему ты себя не бережешь? — Питер расслышал в её речи нотки Тони, и понял, что мозги им обоим вправляются одинаково.
— Завтра должны быть в Шри-Ланке, — Питер вытер пот с лица.
— А ты звучишь так, будто пил всю ночь, и выглядишь не лучше, — буркнула Элис, поднимая Паркера с пола, — Что она подумает, Пит?
— А что подумает… Твой… Этот… Блин… Ну этот…
— Точно пил, — мотнула головой Роджерс-Барнс и отвесила ему оплеуху.
— Локи! Вот что он подумает, увидев, что у тебя подбородок разбит? И что нога поцарапана, и костюм разбит… Он же тебя порвет.
— Ага, на тряпки, — не отрываясь от сенсора на внутренней стороне предплечья, отрезала девушка.
Двери лифта бесшумно открываются, и Роджерс с Паркером даже не обращают внимания на то, что они прибыли на нужный им этаж. Питер пытается привстать, и Элис подхватывает его, параллельно печатая Мишель СМС: «Ваш заказ «Питер Паркер» прибыл в пункт назначения. Дальнейшие приказания, генерал?»
Питер вполне себе мог идти сам, но лишь опираясь о стену, и Элис быстро отпустила его, чтобы открыть дверь. За ней их уже ждал огромный, пушистый кот. Он вальяжно подошел к двери, держа длинный хвост трубой, грациозно переставляя лапы, словно он марширует, а не просто идет встречать хозяина. Блеснув холодными зелеными глазами, он уселся и обвил свои огромные лапы пушистым хвостом.
Питер ввалился в квартиру, чем очень испугал Рыся — он зашипел, сгорбился, и боком отбежал куда-то в сторону, испуганными, большими глазами смотря на Питера.
— Напугал кота, — Элис включила свет, — Молодец.
Завидев Роджерс, кот явно задобрился и подбежал к ней, чтобы прыгнуть на руки.
— Иди на диван, — сказала девушка, поглаживая кота, — Вернусь с аптечкой, подлатаю тебя. ЭмДжей скажешь, что упал.
— На ножи?
— Именно.
Элис явно что-то раздражало, эта нотка в голосе, которую она и не пыталась скрыть, звучала так отчетливо, как никогда. Можно было подумать, что она шутит, но на самом деле, она до глубины души расстроена и опечалена. Быть может, ей и никогда не хотелось быть героем, а может быть, был и такой момент, когда она себе в этом поклялась, и сейчас обманывает саму себя. Роджерс распускает высокий хвост, взъерошивает волосы, которые с трудом теряют форму от тугого хвоста, и нажатием пары кнопок на сенсоре снимает с себя костюм — он складывается в маленький браслетик в форме изящного перышка, и Роджерс снимает его с руки, кладет на небольшую полку, и открывает зеркало, за которым скрывается аптечка. Она уверенно хватает её, потом одной рукой одергивает футболку, смотря на её подол, будто ожидает увидеть там ответы на все свои вопросы, какую-то кнопку, на которой написано «помощь, если тебе скоро поступать в колледж, а ты до сих пор не разобрался в себе», но её там, к сожалению, не оказывается, и понимая, как глупы её мысли и идеи, Элис поднимает голову и смотрит на себя в зеркало. От неожиданности она пучит глаза и мгновенно, машинально оборачивается: