Конечно, он все отрицал. Думал, что это в первую очередь вина Амбридж. Девчонка слишком много времени проводит с ним. Потом начал обвинять Гермиону, что дала увидеть её к нему отношение.
Однако, сердце говорило иначе. Оно было благодарно Амбридж за отработку для Гермионы. И был благодарен Гермионе за её к нему отношение. Если бы он почувствовал все эти чувства, что стали его переполнять, не зная отношения Гермионы к нему, он задохнулся бы от боли. А так у него есть шанс.
«Какой шанс, Северус? Ты старый! Старше неё на двадцать лет! Она твоя ученица! Несовершеннолетняя! А ты Пожиратель Смерти, который игнорирует её, оскорбляет и… любит…»
Он признался себе, что снова наступил на те же грабли, только в этот раз они не деревянные, а металлические. К счастью, Гермиона ничего не замечала. Волшебница не видела, как Снейп пристально за ней наблюдает, как учащается его дыхание, когда она подымает на него свой карамельный взгляд, как он улыбался ей глазами. Постоянно.
Тишина и покой длились недолго. В середине апреля обнаружили Отряд Дамблдора. Сам Дамблдор взял на себя всю ответственность и исчез, а директором стала Амбридж. К счастью, после побега Альбуса, горгулью никто так и не смог открыть, поэтому кабинет Долорес остался прежним.
Она наказала всех участников Отряда. Они писали каждый день в течение недели по полчаса в ее кабинете. Шрамы уже не исчезали. Но больше всех она ненавидела Гермиону. Нет, Гарри она тоже пытала, но не он назвал её тупой при всех.
Гермиона сидела по часу всю неделю. Амбридж запретила давать кому-либо из учеников заживляющее, поэтому девушка не могла шевелить даже пальцами. Всю неделю Гермионы не было у Северуса, и он мог только наблюдать за её перебинтованной рукой, бледным лицом и красными глазами.
Последний визит к Амбридж состоялся в воскресенье вечером. Гермиона выходила в десять часов от Директора одна. Её значок старосты Жаба в розовом не отняла, чтобы все видели, что даже старосты могут быть наказаны. А поскольку она староста, то после отбоя её не накажут за нарушение комендантского часа.
Амбридж всегда требовала, чтобы ученики приходили к ней в форме. Сегодня не стало исключением.
Снейп наблюдал за ней каждый вечер из-за угла. И каждый вечер провожал к башне. Она не видела его. Его дезиллюминационные чары были непревзойдёнными.
Но в этот вечер Гермиона едва вышла и закрыла со собой дверь. Ее рука кровоточила, будто после Сектумсемпры. Она прикрыла красные от слёз глаза и сползла вниз по двери. Северус понял, что она не в состоянии встать, и друзей рядом не было. Они не ждали её, хотя знали, что над ней издеваются сильнее всех.
Открыв янтарные глаза, девушка снова пустила слёзы. Они не хотели останавливаться, а сердце мужчины больше не могло на это смотреть и ничего не делать. Снейп снял чары и подошел к Гермионе. Она подняла пустой взгляд вверх и попыталась улыбнуться ему.
– Добрый вечер, профессор.
Снейп ничего не ответил. Он присел возле неё и заключил ее левую ладонь в свои. Раны были очень глубокими и почему-то не прекращали кровоточить.
– Ваше перо иного рода?
– Стальное… - прошептала девушка и Снейп всё понял.
Мужчина резко взял её на руки и понес в подземелье. Гермиона прижалась к нему, как маленькая девочка, которая по сути таковой и была. Она обвила его шею руками, а лицо спрятала ближе к его шее, вдыхая любимый запах трав и книг.
Опустив юное тело на диван, мужчина взял мазь от гоблинских клинков собственного приготовления и подсел к Гермионе.
– Нет! – она ухватила запястье его руки здоровой рукой. – Если она увидит, что рука исцелилась, снова потащит к себе.
– Будите носить повязку на руке. Этого будет достаточно.
– Просто дайте обезболивающее.
– Я не намерен смотреть на то, что она сотворила с Вашей рукой. Если нужно, я перед ней отчитаюсь, но больше ни одно перо не коснется Вашей кожи!
Гермиона опешила от заявлений профессора. Он резко убрал её руку и нанес мазь на ранку. Буквально сорок секунд, и рана затянулась так, что и шрама не осталось. Гермиона улыбнулась, проводя пальцем по руке, пока Снейп относил обратно мазь.
– Спасибо…
– Мисс Грейнджер, Вы умный человек, поэтому ведите себя соответственно, хорошо?
– Постараюсь, но ничего обещать не могу.
– Почему?
– В моей жизни, как и в Вашей, есть такой человек, как Гарри Поттер.
Она улыбнулась ему, и Снейп неохотно кивнул в знак согласия. Мужчина налил себе огневиски, а девушке вина. Присел на диван и протянул ей бокал. Гермиона аккуратно взяла его, коснувшись его пальцем. Северус улыбнулся и сделал глоток, тоже самое проделала и Гермиона.
Мужчина смотрел на огонь, не замечая, что Гермиона допила бокал и собралась уходить.
– Я Вас проведу.
– Не стоит.
– Я настаиваю.
Гермиона смущённо улыбнулась и отвернулась от мужчины, надеясь, что тот ничего не заметил, но Северус замечал всё. Они шли молча, все картины давно спали, и их сон нарушать было бы кощунством.
Когда они дошли до спящей Полной Дамы, Северус вдруг взял Гермиону за локоть и остановил.
– Профессор?
Она видела его озадаченность, но руку не выдергивала из хватки.
Северус не отвечал на вопрос. Подойдя к ней впритык, провел ладонью по ее щеке.
– Я Вам ещё снюсь? – вдруг спросил зельевар.
–Разве это важно? – на выдохе спросила девушка.
– Очень важно, - прошептал мужчина, склоняясь к её лицу.
Гермиона нервно сглотнула. Она и подумать не могла, что отношение Снейпа к ней, как к девушке, изменилось.
– Каждую ночь… - прошептала она, глядя в глаза тьмы.
– И что я там делаю? – вкрадчиво спросил он, проводя большим пальцем по ее губам.
– Вот это, - ответила она, и он снова провел пальцем по губам.
– И всё?
Гермиона сглотнула и улыбнулась. Северус знал, она не ответит. Всё её тело уже дрожало, ведь он прижал второй рукой её к себе за талию. Гермиона ждала. Она надеялась, что ей не показалось то, что услышала в его голосе желание.
– Я не должен вот так даже обнимать Вас, - она кивнула, соглашаясь. – Должен посвящать себя Ордену, но моё сопротивление с каждым днём все слабее.
– Не сопротивляйтесь – не пожалеете.
– Я не пожалею, а Вы, Гермиона?
Он назвал её по имени, и лучезарная улыбка осветила темное помещение.
– Никогда, - ответила девушка, зарываясь пальчиками в волосы зельевара.
Северус больше не мог сопротивляться и прильнул к губам гриффиндорки, прижимая её к себе так близко, что между ними не осталось даже воздуха.
Как он и предполагал, у нее сладкие податливые губы, которые открывались для него, приглашая исследовать её ротик. Мужчина не мог себе отказать в этом удовольствии, играя своим языком с её.
Гермиона сходила с ума от того, что мужчина из грёз целует её прямо перед дверью в гостиную Гриффиндора.
Поцелуй становился требовательней, а руки мужчины опустились ниже, подымая вверх мантию с юбкой. Его руки ухватили её голые бедра и поползли выше, сжимая упругие юные ягодицы. Девушка невольно потерлась бедрами о его уже заметную эрекцию, и мужчина разорвал поцелуй.
Гермиона пыталась прийти в себя, спрятав лицо на его груди, пока зельевар поглаживал одной рукой её спинку, а второй волосы.
– Вам пора, - прошептал он.
– Надеюсь, Вы не будете меня игнорировать после такого поцелуя?
– Не смогу игнорировать.
Гермиона потянула его на себя и нежно коснулась его щеки губами. Она чувствовала себя маленькой куколкой рядом с ним, но это импонировало.