— Извините, — пробормотала она, хватая книгу и поспешила обратно в спальню. Сердце колотилось как бешеное. О чем они говорили? О ней?
Ее подозрения подтвердились через пару дней. Александр задержался в городе, Изабель ужинала с Антонио. Когда сын уснул, она спустилась в кабинет за ноутбуком. Дверь была приоткрыта, и она услышала голоса из кабинета Александра. Он был дома и… не один. Гейбл.
— …просто не понимаю, Гейбл, — доносился сдавленный, усталый голос Александра. В нем звучала редкая откровенность. — Все шито-крыто. Камеры, детективы… Ничего. Атмосфера в доме… Ледяная. И это после… после всего. Я чувствую, что она что-то скрывает. Что у неевсе-таки … кто-то есть.
Изабель замерла у двери, прижав ладонь ко рту, чтобы заглушить предательский стук сердца. Кровь ударила в виски.
— Вы уверены, сэр? — Голос Гейбла звучал спокойно, рассудительно. Без тени злорадства. Как истинный профессионал. — Миссис Мартинес всегда производит впечатление образцовой жены. Для посторонних.
— Для посторонних – да! — в голосе Александра прорвалась горечь. — Но не для меня. Я вижу… следы. Не физические. Взгляд. Какая-то… отрешенность. Иногда – странная усталость. Как будто она живет двойной жизнью. И я… я должен знать, Гейбл. Должен. Ради сына. Ради… — он запнулся, — репутации фирмы. Если это всплывет… — Он не договорил. — Я не могу доверить это обычным сыщикам. Слишком деликатно. Слишком… лично.
Наступила пауза. Изабель почти физически ощущала хищную улыбку Гейбла по ту сторону двери.
— Я понимаю, сэр, — наконец произнес Гейбл, и в его тоне зазвучали ноты преданной решимости. — Это тяжелая ситуация. Если позволите… я возьму это на себя. Деликатно. Профессионально. Мои каналы… и мои методы позволяют докопаться до сути вещей, не привлекая внимания. Я выясню, кто он. И предоставлю вам неоспоримые доказательства.
— Да? — В голосе Александра прозвучала надежда, смешанная с облегчением. — Ты смог бы? Действительно, не привлекая шума?
— Без сомнений, сэр. Это моя работа. Обеспечивать безопасность. Во всех аспектах. — Пауза. — Может потребоваться… вывезти ее ненадолго из привычной обстановки. Чтобы сбить с толку, наблюдать. Чтобы он проявился. Это стандартная практика.
— Делай, что считаешь нужным, — быстро, почти с отчаянием, согласился Александр. — Только… чтобы Тони не пострадал. И… чтобы она… — Он не нашел слов.
— Будьте спокойны, сэр. Я позабочусь. Обо всем.
Изабель отпрянула от двери, как от раскаленной плиты. В ушах звенело. "Вывезти ее… чтобы он проявился". Гейбл только что получил от ее мужа карт-бланш на ее похищение. Под благовидным предлогом. С согласия мужа! Ирония ситуации была чудовищной. Ее охватила паника, смешанная с леденящим ужасом. Она метнулась в свою спальню, захлопнула дверь, прислонилась к ней спиной, пытаясь перевести дух. Что делать? Предупредить Александра? Сказать правду? Но он ей не поверит. Или поверит… и тогда взорвется ад, в котором сгорит все, включая Тони. Бежать? Но куда? И как, под неусыпным оком "начальника безопасности"?
Решение пришло на следующий день в виде самого Гейбла. Он появился утром, когда Александр уже уехал, а Антонио собирался в школу. Под предлогом установки дополнительных датчиков на террасе он попросил Изабель показать ему выход в сад. Как только няня увела Тони собираться, маска с его лица спала.
— Собирайся, — бросил он тихо, но так, что слова врезались в сознание как приказ. Его глаза были стальными. — На выходные. За город. Александр одобрил. Деловая поездка для тебя – благотворительный аукцион в Стамбуле. Официальное прикрытие. Билеты и все необходимое – в машине.
— Я не поеду, — выдохнула Изабель, пытаясь сохранить остатки достоинства, хотя ноги подкашивались. — Это… похищение.
Гейбл усмехнулся.
— Назовем это… обеспечением безопасности. По просьбе мужа. Который подозревает тебя в измене. Или хочешь, чтобы он узнал, с кем именно? Прямо сейчас? Я могу устроить. — Он сделал шаг вперед. — Выбирай, Бель. Тихий выезд по моим правилам. Или громкий скандал по его. С участием полиции, прессы… и твоего сына.