— Мои соболезнования. Что случилось?
Она сделала глоток латте и сморщилась от его горького вкуса. Почему-то все сейчас, казалось, с привкусом горечи... в особенности, обстановка в которой она оказалась. Шесть лет назад этот мужчина был центром ее вселенной. И не сядь он тогда в тюрьму, они могли бы быть сейчас счастливы. Его вопрос она оставила без ответа. Ее сердце требовало ответов на свои вопросы…
— Почему ты никак не связался со мной?
Изабель не должна вообще сидеть с ним здесь в кафе и выяснять ошибки прошлого. На то оно и прошлое, чтобы оставаться там, где-то позади. Она жена и мать. И …
— А разве я мог? Любой контакт с тобой был обрублен. Когда мои ребята наконец-то добрались до твоего дома с весточкой, выяснилось, что ты уже переехала.
Его взгляд упал на обручальное кольцо у нее на пальце.
— Замужем значит…
Почувствовав себя неловко Изабель убрала руку со стола делая вид, что поправляет длинные каштановые локоны.
— Дети есть?
Откуда это чувство вины? Словно не он, а она исчезла. И еще умудрилась выскочить замуж и обзавестись ребенком.
— Сын.
— И давно ты замужем?
Барабанная дробь и громкий стук сердца, отдающийся эхом в ушах.
— Почти шесть лет.
Он присвистнул и ухмыльнувшись ответил:
— А ты я смотрю зря времени не теряла. И кто же твой муж?
Изабель полезла в сумочку за кошельком, она хотела расплатиться и уйти.
— Послушай, сейчас это все не имеет значение.
Ее голос дрожал. Она не хотела, чтобы Гейбл видел, как тяжело далась эта встреча спустя столько лет.
— Имеет. Ты вышла замуж сразу после того, как меня закрыли, и тут либо я ходил рогатым скотом, либо …
Она все же достала пару банкнот и положив их на стол встала.
— Мне пора.
Он тоже встал и не дал ей просто уйти. Мужчина обхватил стальными тисками ее хрупкое запястье, сдавливая так, что Бель ощутила боль.
— Я жду ответа.
— Я вышла замуж за Александра! Марисса погибла, и ее сын нуждался в матери… «Я стала ему матерью», —тихо произнесла женщина.
— А ему женой?
Она не решалась посмотреть Гейблу в глаза, ведь он сразу все поймет. Но Уильямс был требователен и груб. Она ощущала приступ жгучей ревности, словно на то, что принадлежит ему кто-то посягнул другой. И что ей сказать…Что за шесть лет муж ни разу не прикоснулся к ней?
— Нет, — процедив сквозь зубы ответила Мартинес.
Ее карие глаза потемнели от гнева. Она, вздернув гордо подбородок посмотрела бывшему мужчине в глаза.
— И тебя это не касается Гейбл! Так, что убери свою руку, ты делаешь мне больно!
— Касается… ты моя. Забыла?
Он отпустил руку и сделал шаг в сторону.
— Мы еще увидимся. Обещаю.
Жар снова накрыл ее тело волной бешеного желания. А ноги подкосились от слабости. Он всегда был ее слабостью и Уильямс прекрасно осознавал это до сих пор…
— Не думаю. Была рада увидеть тебя живым.
Она быстро покинула здание кафе устремившись в тихую и спокойную гавань семейного дома. К сыну и безмятежности. Правда покой теперь ей мог лишь сниться…
Глава 2
Глава 2
Александр уже уехал. Огромный дом был пуст. Она распустила всю прислугу и решила побыть с сыном вдвоем.
— Мама, чем мы сегодня займемся? — спросил Антонио, когда вошел в ее спальню.
Изабель улыбнулась и присев на край кровати взяла его за руку потянув к себе.
— А чем тебе хотелось бы?
Она нежно обняла мальчика и поцеловала в щеку.
Он прижался к ней и пожал плечами:
— Давай сходим в парк аттракционов или на мультик в кино?
— Отличная идея.
— А папа пойдет с нами?
Улыбка с лица Мартинес исчезла мгновенно.
— Нет милый, у папы очень много работы и ему снова пришлось уехать.
Тони отстранился и посмотрел ей в глаза:
— Папа меня не любит?
Бель нахмурилась:
— Любит и очень сильно. Откуда такие мысли?
Он помялся немного, а потом ответил:
— Кристина говорит, что, если папы часто нет дома и он мало куда ходит с тобой, значит он тебя больше не любит.
— Вздор!
Женщину возмутило, что дети бывают порой жестоки в своих рассуждениях. Кристина ходит с ним в первый класс и для шести лет строит из себя слишком уж умного и развитого во взрослых отношениях ребенка.
— Но мама…
— Нет. Это не правда. Папа очень много работает, чтобы мы с тобой ни в чем не нуждались. И любит он тебя так сильно, что даже если обнять тебя много-много раз, этого все равно будет мало.
— А тебя?
Изабель растерялась:
— Меня?
Он кивнул, не сводя с нее глаз.
— И меня любит. — все же ответила она.
— Но вы никогда не обнимаетесь и не целуетесь как другие родители…
Мартинес улыбнулась и ласково погладила сына по щеке:
— Тони, любовь — это не всегда объятия и поцелуи на людях…