— Зубы отрастила, Идочка? — усмехнулся Влад. — Тебе ребенок от ёбаря этого дороже, чем наш сын? Скажи уж как есть, раз такая смелая стала.
— Они оба одинаково мои дети! — выкрикнула Ида, сжимая оба кулака.
— Только один твой ребенок от законного мужа, а другой от любовника.
— Он мне не любовник!
— Тогда кто?! Если он тебя изнасиловал, зачем ты её родила?! Почему ты не избавилась от нее?! Это дочь от насильника!
— Потому что я взяла на себя ответственность, за свой поступок. — прикрыв глаза, ответила Ида и закусила губу. — Да и была маленькая вероятность, что она от тебя… Но время расставило всё на свои места. Она дочь своего отца. Очень на него похожа, да? Я дала ей отчество сына Галины, оно самое распространенное для рожденных детей без отца. Хотя если бы все же она была твоей, это бы ничего не изменило, я бы скрыла её всё равно.
— Ну я то хотя бы тебя не насиловал, как её отец!
Ида вздрогнула и её взгляд остекленел, обращаясь внутрь себя, туда, куда она запретила себе смотреть. Жалела себя… А зачем она жалеет его? Может не надо?
— А что ты сделал, Влад? — тихо спросила она. — Перед тем как я сбежала из дома на три дня, а потом ты вернул меня, чтобы выгнать насовсем. Что ты со мной сделал?
Влад сжал челюсть и его желваки напряглись, что было видно даже сквозь бороду. Ида посмотрела ему в глаза своими серыми честными глазами и не отводила взгляд, ей было даже интересно, что он по этому поводу думает. Чувствует себя виноватым? Он вообще помнит ту ночь? Влад не выдержал первым и отвел глаза.
— Я был пьян, у нас был секс, грубее, чем обычно. — голосом робота ответил он.
— Нет, не так, Влад. Я сказала, что не хочу заниматься с тобой сексом, потому что ты был пьян и не в адеквате, ты разозлился и взял меня силой в своем кабинете, прямо на столе, заломив мне руки, чтобы не сопротивлялась. — спокойно сказала Ида. — Или муж имеет право насиловать свою жену по закону? Как и бить, если она проявляет непокорность? Ощущения после у меня были такими же, как после ночи с ним. Я запомнила только боль, страх и ужас, только тогда ещё все трусы в его сперме остались. Тут ты прямо в яблочко попал, когда с потолка ляпнул. А может не с потолка? Может ты его нанял, чтобы от меня с честной совестью избавиться? Виновата, проверку верностью не прошла?
— О чем ты говоришь?
— О том, что ты стал похож на своего отца, и вполне мог такое сделать, вот только я не заметила в какой момент, до или после всей этой грязи. А может ты всегда такой и был? От осинки не родятся апельсинки…
— Я не он. — процедил сквозь зубы Влад, кидая взгляд на Соню, которая вприпрыжку бегала по детской площадке.
— Мне так не кажется. — покачала головой Ида. — Ты плохой человек… Хорошо, что я это теперь знаю. Плохо, что поздно очнулась, пока по башке и остальным частям тела не получила.
— Я к этому не причастен.
— Мне так хочется в это верить, но вынуждена признаться, что мне всё больше равно. Как всё равно, изнасиловал меня он или нет, мне легче думать, что нет. Даже если и да, Соню я любить меньше не стану и от нее не откажусь.
Их разговор мог бы продолжаться дальше, но Влад заметил, как к ним приближается тот самы перед спора.
— Няня, писать кочу! — сообщила Соня, просясь к его жене на ручки.
Ида нагнулась и подхватила её на руки. Девочка приблизилась к её лицу и потерлась носиком о её нос, Ида слабо улыбнулась, а Влад сглотнул ком в горле, видя ласку, которую он получал часто от своей жены.
— Пойдем домой, Сонечка, точнее побежим, надо же поторопиться. — встала Ида, отвязывая собак от скамейки, подбежали два одинаковых мальчика и взяли два поводка.
— А кто этот дядя? — спросила девочка, с любопытством глядя на Влада, что застыл, как статуя.
— Никто. Соня, мальчики, идите вперед, я вас догоню.
Муж и жена остались снова наедине, Ида взглянула на Влада, стоя над ним, снова собирая всю смелость, чтобы сказать самое важное.
— Никто? — исподлобья взглянул на неё Влад. — Я твой муж, всё ещё…
— Я перестала считать тебя своим мужем, когда ушла из дома, пока ты рядом пьяный валялся. — покачала головой Ида, с печальными глазами, глядя на него. — В тот вечер я твердо решила с тобой развестись, ушла, потому что в глаза тебе смотреть не могла. Но ты ведь отец моего ребенка, так нельзя. А потом получилось, как получилось… И да, Влад, ты как человек и мужчина для меня никто. Стал таким ещё до того, как я вышла за дверь, слушая проклятия в свою спину. Это здоровая реакция женщины, на то, что с ней сделал муж. И всё же, еще более здоровая реакция — что бы ни было между нами, на сыне это не должно отразиться, даже, если ты мне никто, мы всё ещё родители одного ребенка. Я уезжаю на два месяца, ты, если всё ещё хочешь, узнавай свою правду дальше. Только смотри, чтобы она тебя своей тяжестью не придавила. О себе ты знать не хочешь, как я поняла, а о том, что он сделал со мной, уже я знать не хочу, оставь при себе. Достаточно того, что меня собственный муж изнасиловал. Я вернусь и мы договоримся, как родители общего ребенка. Раз в месяц, я смогу приезжать, могу себе позволить на несколько дней. Если что мой номер у тебя есть.