Сейчас же он видел только пустые печальные глаза своей жены, которая смотрела на истерзанное тело их сына и кусала губы до крови, чтобы сдержать плач. Владу отчаянно хотелось стереть кулаки в кровь о рожу того, кто сотворил это с их семьей, хотя и понимал, что начал это он сам. И тем не менее, может и брюнетка в Питере была не просто мимолетной шлюхой, как он думал, что если она тоже участвовала в большой схеме по развалу их семьи? Вот только кому это так было нужно? Он выяснит, теперь уж точно, суки повылезают из всех отверстий, чтобы доделать начатое, как сказал ему Филин. Но Влад и Ида будут готовы.
*****
Большая черная машина привезла их кованым воротам закрытого поселка, недалеко от небоскребов. Ворота открылись и чета Ковалевских въехала во двор, было уже темно, так что Ида почти не разглядела территорию около дома. Лишь по очертаниям поняла, что здесь много елей. Она увидела в темноте двухэтажный особняк, со строгим классическим фасадом из темного камня, большие окна, гараж на минимум две машины и каменные ступеньки, ведущие к крыльцу.
— А кто живет в том доме? — спросила Ида, поежившись от холода, пока шла к двери.
— Никто.
— Почему ты не продал его?
— Потому что ты его владелица. Забыла? — ответил Влад, впуская её в дом.
Да, Ида совсем об этом забыла, что является собственницей дома, что стоил миллионы, а его хозяйка при этом оставалась нищая и бездомная.
Особняк встретил из тишиной и каким-то мрачным холодом, хотя было уже начало июня. Ида нахмурилась, ей не понравилось тут. В их прежнем доме были совсем иные ощущения, как только они входили туда, их окутывало теплом и уютом, может потому что там жила любовь, а здесь как будто вообще никто не живет.
— Дом посмотришь подробнее завтра, а потом вместе с прислугой, им пока дал отгул, завтра я с утра уеду по делам. Вернусь к обеду, поедем к сыну. — сказал Влад и толкнул дверь в коридоре, впуская её в рабочий кабинет.
Иду ослепили светлые оттенки, что царили вокруг, прежний кабинет Влада был в старом английском стиле, много натурального дерева, кожа, книги на полках.
— Я купил дом с готовым интерьером и ремонтом, ничего менять не стал, было некогда. — будто прочитал её мысли Влад и указал на кресло, напротив рабочего стола. — А теперь, поговорим.
Влад четко и без лишних эмоций разложил по полочкам то, что они будут делать следующие месяцы, глаза Иды расширялись по мере того, как её муж излагал его планы на совместную жизнь.
— Ты будешь всегда и везде ходить и ездить с охраной, два телохранителя. Вот карта, лимит миллион, трать, как пожелаешь, на все твои расходы. — протянул ей Влад через стол черную карту с серебряным тиснением его имени. — Все твои вещи и обувь уже приготовлены в гардеробной, чистые. В коробках остались личные вещи и косметика, горничная сказала, что нужно половину выкинуть, срок годности вышел, но не решилась без твоего согласия.
— Мои вещи? — пробормотала Ида, думая что всю её одежду Влад выкинул или просто сжег.
— Да, все до единой. Украшения в большой коробке около зеркала, нужно положить их в сейф, есть в гардеробной, инструкция к нему там же, часы разложены в комоде гардеробной, увидишь.
— Зачем мне всё это? Я же ведь даже из дома не собираюсь выходить? — нахмурилась Ида.
— То есть как это? — сдвинул брови в ответ Влад.
— Диме нужен уход, мы будем дома всё лето, зачем куда то выходить? Ну если только в больницу.
— Мы с Филином посовещались и решили, что лучшая твоя защита это публичность. Люди, которые так не хотят, чтобы ты со мной встретилась, должны видеть, что ничего не вышло. Они должны удостовериться, что ты ничего не помнишь и ничего мне не рассказала, иначе я бы начал действовать. Мы будем выходить в свет, как раньше, ты будешь меня сопровождать, как жена, возможно, вернешься в офис, как только Дима пойдет в школу.
— Стой-стой-стой! — вскочила Ида и выставила в его сторону ладонь, останавливая поток слов своего мужа. — Когда Дима пойдет в школу, я должна уже уехать. Соне дадут детский сад и я смогу, наконец, нормально работать и зарабатывать. К осени я вернусь обратно домой.
При упоминании ее дочери по спине Влада прокатилась волна дрожи от злости, бросит сына и вернется к этой девочке? Она же в садик идет!
— Она будет со своей бабушкой, а ты с сыном, в чем проблема? — холодно поинтересовался Влад.
— Галина ей не бабушка, ты же знаешь, мы еле справлялись с ней вдвоем, Соня последний год много болела и долго будет привыкать к саду. — залепетала Ида, расхаживал по кабинету. — Я могу остаться только до конца августа. Я ни дня без неё не была, я уже по ней скучаю, я не смогу её не видеть так долго, мы всегда были вместе. Она будет скучать, плакать…