— Могу я вас угостить? — рядом со мной останавливается мужчина. Лощеный, симпатичный, но взгляд скользкий. Я вижу таких насквозь. Насмотрелась.
Корчу мину и подношу к губам свой бокал, сделав глоток, смотрю в глаза незнакомцу:
— Я могу сама себя угостить.
— А ты дерзкая, — шикает он и, похоже, его заводит мой отказ.
Терпеть не могу таких глупцов. Хочется съездить по морде кулаком. Но я же дама взрослая, воспитанная и вполне приличная. Поэтому игнорирую незнакомца и вновь поворачиваюсь к бармену, который увлеченно натирает бокалы.
— Да ладно, красавица, не злись. Давай все-таки угощу.
Итак, этот экземпляр не просто глуп, а непроходимо туп. Я уже было намереваюсь послать наглеца куда подальше, как на мое плечо ложится чья-то ладонь. Нагло так. По-хозяйски.
Признаться честно, на миг я замираю, сраженная прикосновением.
Меня словно до косточек пробирает. Через мгновение беру себя в руки, но мой случайный незнакомец, что собирался угостить меня, смывается, поджав хвост.
Я удивленно провожаю беглеца, все еще чувствуя чужое прикосновение на своем плече.
Пожалуй, вот этому наглецу я точно съезжу кулаком в челюсть.
Но не успеваю ничего сказать, как ладонь чужака исчезает, а на освободившийся стул садится молодой мужчина. Хотя правильнее сказать парень. Ему на вид не больше двадцати трех, может чуть больше. В полумраке бара мне сложно различать черты чужого лица, но отчего-то именно этот наглец мне кажется знакомым.
Особенно остро это ощущается, когда он оборачивается ко мне, и наши взгляды встречаются. Мой — напряженный и раздраженный, его — жесткий и горячий.
Миг. Может, пару мгновений, и я вспоминаю его.
Ха-ха. Ну не шутка ли?
— Я не просила о помощи, — сообщаю парню, которого видела месяц назад в ресторане, куда я ходила вместе с Алей отмечать ее расставание с женихом.
Уверена, именно его я там и видела в компании, кажется, рыжеволосой длинноногой модельки.
— А я и не помогал, — сухо отвечает парень и подзывает бармена. Тот мигом принимает заказ. Такой прыти можно позавидовать.
Я делаю еще один глоток мохито, искоса наблюдая за парнем.
— Тогда что это было?
На моих губах вкус лайма.
Его губы поджаты. Молчит.
Хмыкаю.
— Благодарностей от меня все равно не услышишь, — говорю я, то и дело ловя себя на мысли, что смотрю на парня.
— Разве я сказал, что жду благодарность? — парирует он и подносит к губам бокал с янтарной жидкостью. Похоже на ром или виски. Я прослушала, когда он делал заказ. И вообще, говорил ли он, что заказывает, или бармен сделал это без лишних слов?
— Ну хорошо, — отвечаю, и между нами вновь повисает странное молчание. Будто каждый поглощен собственными мыслями, а мир вокруг не играет никакой роли.
Только я и мой бокал мохито.
И он, незнакомец, решивший, что может без спроса прикасаться ко мне.
Но важно отметить — от его прикосновения в моем теле словно что-то щелкает. Не знаю, как обозначить ощущение, но оно мне нравится. Тем и пугает.
Я словно хочу, чтоб он вновь коснулся меня.
Во всем виновато одиночество. И алкоголь.
— Я раньше не видел тебя здесь, — вдруг произносит наглец, так и не взглянув на меня.
— Я тебя тоже.
— Неправда. Мы уже встречались.
Черт. Он помнит.
Значит, не просто так положил ладонь на мое плечо, словно помечая добычу. А тот первый испугано, поджав хвост, сбежал. Тоже не просто так.
Интересно. Меня начинает заинтересовывать эта игра.
Я давно не девочка. Вокруг меня не нужно кружить, чтобы уломать. Я сама решаю, с кем мне спать. Собственный муж разрешил как никак.
И все же мне нравится эта странная игра, правилами которой со мной не поделились.
— А где же твоя рыженькая моделька? — не утаиваю, что помню его тоже.
Парень все же оборачивается, и мне становится не по себе от его темного, тягучего как мед взгляда. Он словно пригвождает меня к барному стулу.
— Разве нам нужен третий?
И тут до меня доходит: он уже все решил.