— Хорошо. Без имен, — вдруг соглашается он, и его взгляд меняется. На дне черных омутов вспыхивают искорки. И будь я несмышленой в любовных делах девицей, решила бы, что заинтересовала красавчика. Но все эти взгляды, намеки... Всё это пустая трата времени.
Беру сумочку, перекидываю ремешок через плечо.
Еще раз смотрю на любовника. Его самодовольная ухмылка вдруг выбивает из-под ног почву.
Я злюсь. На себя ли, на него ли, хотя парень ни в чем не виноват, на мужа своего, на бывшего любовника. Кажется, я злюсь на весь белый свет, поэтому не думая, произношу:
— Было неплохо. Можешь остаться на всю ночь. Я заплачу за номер.
И больше не произнося ни слова, выхожу из комнаты. Дверь за моей спиной с тихим хлопком закрывается.
Сердце делает кульбит, ударяя в горло.
И какого черта я сейчас сморозила?
Не хочу уходить проигравшей. И все же чувствую себя дерьмово, несмотря на то, что мое тело ликует от спонтанной близости с незнакомцем.
Я прикусываю губу и торопливо покидаю отель, не забыв попутно продлить бронь номера до утра.
Квартира, как я и думала, встречает меня пустотой и тишиной.
Сбрасываю туфли, кладу сумку на комод. Прохожу мимо высокого зеркала. На миг замираю, рассматривая свое лицо. Чуть потекший макияж, припухлые от поцелуев губы. Спутанные волосы, хотя я и пыталась привести прическу в порядок.
Помятый костюм.
Сбрасываю пиджак, расстегиваю верхние пуговицы блузки. Красное пятнышко на шее как отметка.
— Да уж, — хмыкаю себе под нос, не зная, то ли ругаться, то смеяться.
А мальчишка неплох. Отметил меня. Но как же это не по-взрослому! И все же провожу пальцем по засосу и на мгновение проваливаюсь в воспоминания.
Стоит признать, мне было хорошо с ним.
Но вот я дома, стою в пустом коридоре, рассматриваю засос на шее и улыбаюсь как какая-то школьница, которую поцеловал самый крутой парень.
Глупо так, наивно.
Наверное, во мне говорит тоска. Я так устала гоняться за собственным хвостом, что опускаются руки.
Отворачиваюсь. Отхожу от зеркала. Хватит уже, налюбовалась на себя. Ничего нового я не увижу — все такая же уставшая, разбитая и потерявшаяся в этой жизни женщина. Потерявшая всё.
Направляюсь в спальню, но замираю напротив двери в домашний кабинет мужа. Сегодня там тихо, ведь Сергей не ночует дома.
Мне бы идти дальше, но поддаюсь порыву и толкаю дверь. Вхожу на чужую территорию. У каждого в этой огромной квартире есть собственная территория, на которой второй появляется лишь при острой необходимости. Этим местом, куда мне не стоит сейчас входить, является кабинет мужа. И все-таки я здесь. В полной тишине и мраке.
Включаю боковой свет. Смотрю на темный стол в центре комнаты, на пару стеллажей по обе стороны от окна. Я знаю это место очень хорошо, и в то же время чувствую себя чужачкой. Наглым вторженцем, который бессовестным образом рассматривает книги на стеллажах, гладит полированную поверхность стола, прикасается к кожаному креслу.
Вдыхаю полной грудью. Воздух прохладный.
Мне кажется, будто я чувствую аромат парфюма Сергея. Делаю еще один вдох, чтобы убедиться в том, что мне не померещилось. В воздухе действительно витает едва уловимый терпкий аромат мужского парфюма.
Я жмурюсь, вонзая пальцы в спинку кресла.
Наверное, выгляжу глупо, но так я будто могу коснуться его, ощутить на себе, в себе частичку мужчины, которого уже потеряла.
Мы неверны друг другу и так решили пять лет назад.
И все же мы вместе. В реальности нас связывает общий бизнес, штамп в паспорте и привычка быть вместе.
На самом же деле мы давным-давно не принадлежим друг другу.
Я распахиваю глаза и смотрю на побелевшие костяшки пальцев, которыми продолжаю со всей силы сжимать спинку кресла.
Глаза горят от слез, которые оставляют мокрые дорожки на щеках и падают каплями на паркетный пол.